Gem of the North


Страницы: (2) [1] 2  ( Перейти к первому непрочитанному сообщению ) -ОтветитьНовая темаГолосование-

> Украденное колдовство, Рассказ
maxemius
Отправлено: Oct 15 2005, 09:41 AM
|Цитировать


Group Icon



Украденное колдовство

Посвящается всем, с кем
я имел счастье бродить
по фэнтезийным просторам.


Глава 1
Пустошь


– Да разразят меня демоны преисподней!! – воскликнул пожилой человек в потрепанной синей мантии. Старик держал в руках меч, определенно не подходивший к наряду. – Где я? Околдуйте меня бесы, если я вспомню, как попал сюда! – Но ответа он так и не получил. Пустошь вокруг не издала ни звука.

Его звали Тианор Сандос. Происходил он из древнего рода потомственных магов, и по семейной традиции всю жизнь посвятил этому искусству. Каждый день с восхода до заката Тианора можно было встретить в одних и тех же местах. Обычно он корпел над пожелтевшими страницами древних фолиантов в библиотеке. Там, в любимых книгах, покрытых пылью, пытливый ум старика пытался отыскать разгадки великих тайн чародейского искусства. Время от времени маг пыхтел над столом алхимика. Тогда он бывал особенно сердит. Ругательства и проклятья так и срывались с его губ, а колбы и реторты заунывно булькали и шипели, словно поддакивая хозяину.

Лишь изредка Тианор покидал колдовскую башню. Иногда он посещал Академию Высшего Колдовства и наставлял молодых учеников – в мрачной тишине лекционного зала рассказывал, как найти редкие травы и сварить из них могущественные зелья. Порой маг хвалился перед коллегами своими изысканиями и последними находками. И только в редкие дни, строго определенные чародейским календарем, Тианор выходил на прогулку. Глаза старика бегло окидывали небольшой цветущий сад возле башни. Маг набирал полную грудь ароматного воздуха, шептал свежее охранное заклятье, и уходил за ограду, под своды леса. Спустя небольшое время, Тианор возвращался назад, когда зачарованная сумка пополнялась свежим запасом душистых трав и цветов…

Где же он сейчас? Разум отказывался дать ответ на этот вопрос. И что за меч он сжимал в руке, когда очнулся здесь? Ничего! Тианор не уважал бы себя, если бы не умел быстро собраться с мыслями. Для ученого мужа не составит труда найти решение любой загадки, подобрать ключ для любого замка. Пустошь? Чудесно! Пусть будет пустошь. На севере виднеются пики гор. Но горы трудно преодолеть. Особенно пожилому человеку, редко покидающему свое жилище. На западе, как будто, темнеет лес. Но в лесу могут обитать негостеприимные хозяева. Ничего страшного! Верное боевое заклятие поможет в этом случае, и разгонит любых недругов. На юг же и восток, насколько хватает взора, простирается пустошь. Конечно, если зрение не обманывает мага, которое уже порядком ослабло от долгого чтения затертых страниц. Пустошь может простираться на многие лиги. Не привыкшие к долгой ходьбе ноги не осилят таких расстояний. И магия не поможет…

Но что за странное свербящее чувство на душе?! Тианор решил проверить местность вокруг на присутствие магических эманаций. Бросил меч на землю и попытался произнести слова Колдовского зрения. Но они вырвались из груди бессвязными булькающими обрывками всхлипов и стонов. Маг почесал затылок: «Совсем сбредил старик», – решил он. «Забыть столь простые чары – это слишком! Нужно поменьше пить горячего пунша за ужином!» – сделав такие нелестные выводы о себе, Тианор растопырил кончики пальцев для других чар.
– Имфиамаре пиколле фиаммус, – уже шепотом, но четко и по слогам произнес маг.
С кончиков пальцев осыпались желтые кусочки серы, медленно приземлились на мантию, но так и остались лежать недвижимыми в ее складках. Малые чары света – заклинание, доступное даже детям – тоже отказалось повиноваться воле горе–колдуна.

Тианор бессильно опустился на каменистую землю и в отчаянье уронил голову на грудь. Мысли одна страшнее другой роились в голове. В глазах под нахмуренными бровями отражался то немой вопрос, то страх, то злость. «Что со мной? Всю жизнь я спустил на это чертово искусство! И что? Какой-то нелепый случай занес меня к демонам на кулички. И все! Магия осталась куковать в башне, или вообще покинула меня навсегда… Нет, врешь! Так просто я не сдамся! Кто бы ты ни был шутник, забросивший меня сюда, тебе несдобровать! Никто еще не сумел безнаказанно подшутить над старым Тианором!» – в серых глазах мага зажегся огонек решимости. Гордо расправив плечи, Тианор одернул мантию и поднялся с земли. «Нужно действовать! Я разберусь с этим местом!» – маг проворным движением безбородого юнца подобрал меч. «Пригодится», – решил он и стремительной походкой зашагал по направлению к лесу. Старика переполняла злость и решимость.

Светлое безоблачное утро сменил жаркий полдень. Солнце нещадно напекало редеющую шевелюру Тианора. Старик с упорством мула переставлял затекшие ноги через высохшую каменистую землю. Эх, будь у меня хоть одно заклинание холода, насколько приятней оказался бы путь через пустошь. Маг со злостью отбрасывал подобные мысли, но они с настойчивостью мух, учуявших мед, не оставляли его. «Быстрей под своды леса! Там приятная прохлада и спасение! Ни минуты слабости!» – подгонял себя Тианор. С каждым шагом самоувещевания давались все труднее. Смелые и решительные мысли сменялись вялыми и тягучими: «Прилечь. Поспать. Отдохнуть».

Через некоторое время ноги остановились и отказались повиноваться хозяину. Мысли об отдыхе подчинили решимость старика. Маг отдался на волю слабости и бессильно опустился на землю. Глаза слипались, сознание постепенно уплывало в царство сновидений. Тианор попытался растянуться на жесткой поверхности в полный рост. Загрубевшая в камень порода казалась теперь мягче перины. Внезапно что-то твердое и острое кольнуло его в бок. Пробормотав первое пришедшее на ум ругательство, старик мгновенно вскочил на ноги. Он понял, что немилосердно разбило оковы сна, и вытянуло его из затягивающей бездны смерти. Меч – грубая железка для необразованных варваров спасла ему жизнь!

Мысли о сне окончательно оставили мага. Он оторвал кусок полы одеяния, серого от грязи, и обмотал им голову. Во внутреннем кармане мантии осталось несколько раздавленных ягод после последнего похода в лес. Смакуя на языке каждую каплю кислого сока, Тианор слегка утолил жажду. И только сейчас старик заметил, что желанные своды леса приблизились, а каждого гиганта с зеленой кроной уже можно разглядеть по отдельности. Воодушевившись этим открытием, маг с новыми силами зашагал вперед.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Mar 27 2018, 08:08 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Oct 15 2005, 10:25 AM
|Цитировать


Group Icon



Глава 2
Встреча


Солнце еще не начало клониться к закату, как тень дерева укрыла голову Тианора от палящих лучей. Маг устало опустился на землю, прислонился к толстому стволу и с блаженством расслабил ноги, затекшие после непривычно долгой ходьбы. Радостного ощущения от победы в борьбе за жизнь не возникло. Новые горькие думы и сомнения начали появляться в его голове: «Есть ли обитатели в этом лесу? Как мне защитить себя от их когтей и клыков?» – старик заметил удлинившиеся тени деревьев и опечалился пуще прежнего. Один, без пищи и воды, ночью в неведомом лесу – это, пожалуй, чрезмерное испытание для убеленного сединами человека. Да к тому же покинутого единственным талантом – искусством колдовства.

К Тианору постепенно возвращались силы, а с ними воспрянул и боевой дух. Через некоторое время маг размял усталые конечности, прогнал черные мысли, поднялся и начал внимательно осматриваться. Интуиция предупреждала об опасности. Но глаза не находили ничего необычного. Пытливый, но ослабший к старости взгляд натыкался только на толстые стволы вековых деревьев и пышные зеленые кроны. От пестроты травяного ковра рябило в глазах. «Какие прелестные растения! Какой выбор! – умилился Тианор. –Мне бы такой огород подле сада! Поглядите-ка, каких только тут нет папоротников! И вампирские ягоды, и крестьянка, и белый шиповник – все здесь есть! – бормотал старый маг, перекидывая взор с одного растения на другое. – А соберу-ка я себе гербарий, про запас». Маг начал аккуратно отщипывать образцы чуть ли не от каждого растения и убирать их в потайные карманы мантии.

Долго ли, коротко ли, но ночь не заставила себя ждать. Палящее солнце, чуть не убившее старика, скрылось за горизонтом. На смену ему пришел незнакомый рисунок звезд. Лес погрузился в темноту, особенно опасную для случайных путников. Тианор уже решил было отдаться на волю случая, и растянулся под ближайшим к опушке деревом, слегка укрыв себя под тонким слоем опавших листьев и травы. Но тут его интуиция завопила, словно истекающий кровью зверь, предупреждая своего хозяина: «Осторожно! Здесь кто–то есть!» – маг вскочил на ноги, но запутался в полах мантии и упал на землю. Снова вскочил. Неумело выхватил меч, и, сжимая его в обеих руках, словно любимую игрушку, стал пристально вглядываться в темноту.

Интуиция не подвела. Вскоре, в глубине леса он смог разглядеть мерцающий огонек, издалека похожий на разожженный костер. «Может это люди… и мое спасение!» – обнадежил себя Тианор. С этой радостной мыслью старик поспешил через заросли папоротников, потеряв осторожность. Переломав все растения по пути, и подняв шумом птиц, маг приблизился к огоньку на расстояние сотни футов. Отсюда он уже мог различить силуэты темных фигур, расположившихся вокруг костра.

Бдительность так и не успела вовремя остановить торопливого старика. Когда Тианор понял, кто расположился на ночной отдых – было уже поздно. Несколько невысоких фигурок окружили мага, целясь в него крохотными, почти детскими копьецами. Конечно, таким оружием не испугать бывалого воина, который спит и видит лязг мечей, стук копыт и поверженных врагов. Но для усталого и слабого старика этого было достаточно. Тианор от страха растерял все мысли о защите и забыл про меч, так и болтающийся под мантией как ненужная железка. «Вот и закончен мой земной путь», – решил про себя старый волшебник. «Прощайте мои неоконченные труды и заклинания. Мир так и не сможет воспользоваться вашей мощью. Прощай моя башня. Э-эх, не думал, что это произойдет так некстати».

Но гоблины, а это именно они окружили мага, не собирались расправляться со своим пленником. Один из них, почти великан на фоне остальных, с настоящим большим копьем в руках обратился к Тианору на ломаном всеобщем языке:
– Ты приходить сюда. Зачем? Зачем ты приходить? Ты шпион долговязых?

Маг замялся с ответом. Он решил, что с ним не будут церемониться и расправятся сразу. В самом деле, кому может понадобиться еле живой, перепуганный старик? Тианор готовился достойно встретить смерть, словно лучшего друга. Но вскоре осознал, что все еще жив, и убивать прямо сейчас его не собираются. Затем, как и положено именитому магу, напустил на себя маску гордости и легкого безразличия, и произнес:
– Почтенный, я не могу вспомнить, как оказался здесь. Помню только свою башню. А потом эта… гм… пустошь и дорога сюда. Но не имею ни малейшего представления, в каких землях оказался. А хочу я всего лишь очутиться там, откуда неведомая сила перенесла меня в эти места. Шпионом никогда не был. А долговязых… не имею чести знать, – ответил Тианор на все вопросы вожака гоблинов. Набравшись смелости, он спросил в свою очередь: – Кто они такие? Они нанесли вам оскорбление, почтенный? И как мне тебя называть?
– Я – Рашуг Скала. Моя самый сильный и самый злой.

Скорчив злобную гримасу, гоблин зыркнул на подопечных для устрашения и продолжил:
– Долговязые – наши враги. Мы – враги долговязых. Долговязые ловить наших женщин и детей. Долговязые убивать нас, охотиться на нас, как на кабанов. Мы тоже ловить и убивать долговязых. Ты похож на долговязых. Но мы не убивать тебя. Мы взять тебя в плен и слушать. А ты говорить, много говорить про все.
– Но я ничего не знаю, – смелость и напыщенность покинули старика, голос слегка задрожал. – Я ничего не знаю ни о вашей войне, ни об этом месте!

Для оправданий было слишком поздно. Гоблины с ловкостью кошек бросились под ноги пленнику. Тот от неожиданности сразу повалился на землю. Мгновение, и руки Тианора оказались туго стянуты веревкой за спиной. Ноги связали вместе, да так, что маг не мог и шевельнуть ими. Меч Тианора отдали Рашугу. Тот осмотрел его, и, цокнув языком, сунул за тоненький поясок. С большим человеческим мечом вожак отряда смотрелся комично, но трофей явно пришелся ему по душе.

Маленький народец дружно подхватил пленника за связанные конечности и поволок в сторону костра. Тианор изо всех сил сопротивлялся такому обращению со своей благородной персоной. Он пытался вырваться из пут, ругался и проклинал гоблинов, и даже укусил одного из них. Те же в начале не обращали внимания на трепыхания старика. Но после того, как один из них вскрикнул от укуса, терпение зеленокожих кончилось. Маленькое копье уткнулось старику между лопаток, проткнув кожу. Тонкий, но от этого не менее воинственный голосок произнес:
– Твоя трепыхаться – моя калечить! Твоя вести себя смирно – моя твоя не трогать!
– Но куда вы меня тащите? И что вы хотите со мной сделать?
– Шакрам говорить с тобой. Он говорить, что хотеть от тебя.

Решив, что лучше довериться судьбе, маг перестал сопротивляться. Вскоре носильщики добрались до стоянки. В центре уютно потрескивал постер, вокруг которого собралось еще с десяток гоблинов. Они нанизывали на палочки больших гусениц с картофелем, поджаривали на огне и тут же с чавканьем ели. Тианор сразу уловил аппетитный запах, а желудок, в котором с утра побывали только несколько мятых ягод и съедобных корешков, требовательно заурчал. Гоблины развязали руки пленнику. Вожак вручил магу корзинку с крышкой, по дну которой ползали гусеницы:
– Твоя есть наше угощение. Моя кормить пленника хорошо. Пленник хорошо говорить с шаманом.

Тианора не нужно было уговаривать. В другое время он бы только презрительно глянул на такое угощение, но сейчас не мог пожелать лучшего. Нанизав сразу пятерых гусениц на прут, маг поджарил их до хрустящей корочки и с удовольствием сжевал. После нескольких порций голод в желудке уступил место довольному сытому урчанию. Тианор съел еще три порции. Глаза стали слипаться, а ум настойчиво требовал немедленного сна. Гоблины снова связали пленнику руки и оттащили его подальше от костра. Там старик и забылся беззаботным сном, забыв про все свои невзгоды. Ночь постепенно покидала чуждый магу мир…

Это сообщение отредактировал Sairilias - Mar 27 2018, 08:07 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Oct 16 2005, 09:26 AM
|Цитировать


Group Icon



Глава 3
Лурны


Ранним утром Рашуг поднял лагерь резкими окриками. Гоблины поднимались неохотно. Они еще не успели насладиться последним сном и вволю выспаться после обильной ночной трапезы. Но отряд должен был скорее возвращаться в поселение и держать ответ перед шаманом племени – Шакрамом.
– Поднимайтесь, бездари! Моя съесть каждого лентяя на ужин. – Рашуг прохаживался по поляне, где был разбит лагерь, и пинал снопы травы и веток, под которыми укрывались гоблины. – Вставать! Вставать! Долговязые вырвать ваши языки! Вставать!

Тианор уже проснулся. Стариковский сон краток, а немощное тело не требует много сил. Маг протер глаза и с интересом наблюдал за вожаком отряда. После хорошего ужина и отдыха события вчерашнего дня уже не казались кошмаром. В любом случае, он жив, и пока его не убивают. Лишь веревки натирали лодыжки и запястья, досаждая старику. Если бы только избавиться от них, то даже гоблины сразу покажутся милейшими созданиями.
– Почтеннейший Рашуг, – обратился к гоблину маг, выставляя вперед руки, – нельзя ли избавить меня от пут? Если я буду передвигаться сам, то мы быстрее достигнем вашего лагеря.
– Твоя молчать! Моя сам знать, что делать, – последовал грозный ответ, и вожак уставился на старика. – Твоя не пойдет сам. Лурны везти пленника.

Вскоре Рашуг добился своего, и весь лагерь нехотя, но все же поднялся на ноги. Гоблины упаковывали свой нехитрый походный скарб в маленькие холщовые мешки. Несколько зеленокожих забросали землей, а затем листьями костер, скрыв следы своего присутствия. Когда гоблины собрались, Рашуг поднес два пальца ко рту, где не было одного клыка. Раздался необычный переливчатый свист. Этот звук так не подходил маленькому зеленому существу, что Тианор вздрогнул от неожиданности. Много прочел он древних книг, знал о многих созданиях, но никогда прежде не слышал, что гоблины способны на подобное. Остальной отряд припал к земле и начал прислушиваться. На поляне воцарилась полная тишина. Только у мага от волнения заурчало в животе. Он не понимал, что происходит.

Через короткое время из глубины леса послышался нарастающий гул, и вскоре он превратился в слитный топот. Через минуту или две на поляну выбежало несколько животных, при взгляде на которых у Тианора заурчало в животе еще сильнее. Кабаны! Больше всего они походили на кабанов. Такие же короткие мускулистые ноги, мощное тело и клыки, торчащие из-под сплюснутого носа. Но холка! Холкой они больше напоминали гордых лошадей. Такой же плавный изгиб спины. И шея чуть длиннее, чем у обычного кабана. За нее мог ухватиться и держаться наездник. Да, с такими скакунами гоблины представляли грозную силу. И даже отчаянные люди должны стократно помолиться своим Богам перед походом на таких врагов. Вопросы, одни только вопросы роились в голове мага.
– Откуда эти животные? Кто они? – воскликнул Тианор, не отводя взгляда от незнакомых созданий.
– Бог дарить нам лурнов. Хороший Бог, добрый Бог. Он тоже ненавидит долговязых. А сейчас мы ехать на лурнах домой! Бездари, занять позиции. Мы возвращаться домой! – Рашуг оценивающе глянул на мага. – Развязать пленника. Пленник ехать в середине! – и добавил только для Тианора. – Твоя не вздумать скрываться. Смотреть на это! – В цепких руках гоблина появился маленький самострел, работы хорошего мастера, явно не гоблинского. – Твоя пытаться скрыться, моя стрелять.

Гоблины помогли забраться на лурна неловкому магу, привязали его к телу животного, чтобы не свалился по дороге. Сами грациозно оседлали скакунов, словно уменьшенные чарами рыцари, и отряд стремительно помчался вглубь леса на юго–запад. Гоблины даже сумели организовать некоторое подобие строя. Правда, из-за деревьев и колючих кустарников на пути он постоянно рассыпался и изменял форму. Но все равно во всей этой фантастической кавалькаде чувствовался железный кулак слаженности, словно несокрушимая волна неслась навстречу ветру.

Маг мчался на лурне в середине строя. Первые минуты скачки стали огромным испытанием для Тианора. Он с детства не терпел верховой езды, а скачка на подобном животном была неприятна особенно. Без седла, Тианор удерживался только за шею животного. Старик так и норовил соскользнуть влево или вправо, но веревка спасала от падения. Через час езды маг приноровился к ритму лурна. Желудок успокоился. Путь обещал быть неблизким, и Тианор, наконец, смог обдумать все происходящее с ним. О его приключениях под старость лет уже впору было слагать сагу.

Итак, последнее, что помнил Тианор – это его милая башня, по которой он уже соскучился, как по молодой любовнице. Но что произошло потом? Как он очутился здесь? Пусть маг не покидал пределы родного мира. Но эти странные гоблины! Нет. Такого не бывает на свете. Чтобы гоблины соблюдали дисциплину, и скакали строем, словно отряд рыцарей на смотре. И язык… их язык. Они говорят на всеобщем языке. Пусть на ломаном, но на всеобщем. Где это видано? Когда они успели забыть родное наречие? Или это их Бог в обмен на лурнов заставил утерять из памяти слова предков?

Да. А лурны? Тианор изучил бестиарий не одного мира. Похожих животных он, конечно, встречал. Но чтобы их оседлали гоблины! Это немыслимо! Ум отрицает это! Тианор с любопытством еще раз осмотрел своего скакуна. Любопытный экземплярчик. Нужно будет поделиться невероятными знаниями с коллегами, если ему суждено вернуться домой. Эх, удалось бы вернуться! Тогда можно установить астральную связь с этим миром, и доставить парочку таких животных в Академию чародеев. О, да! Вот тогда придет слава и известность! Коллеги с завистью будут смотреть ему вслед. А ученики перестанут насмехаться над ним на лекциях.

Но светлые грезы неожиданно прервались на очередной кочке. Маг опять чуть не свалился со скакуна. Поворчав на лурна, Тианор оглядел проносящуюся мимо местность. С каждым футом деревья встречались всё моложе и тоньше. Лес редел и плавно уступал место равнине. Трава доставала чуть ли не до спины невысокого лурна, щекоча брюхо удивительного животного. Утреннее солнце все сильнее заливало открывающиеся просторы. К счастью, повязка из куска мантии по-прежнему оставалась на голове мага. Стремительно мчась через травяные заросли, он почти не ощущал жар солнца.

Гоблины скакали рядом. Строй сомкнулся плотнее. Фигурки маленького народца сейчас были исполнены гордости и силы. Издалека их даже можно было принять за настоящую кавалерию. Интересно, так же хороши они в бою, как людская кавалерия? Наверняка долговязые, кем бы они ни были, боятся до ужаса подобных атак, раз сам Бог подарил гоблинам этих животных. В голове Тианора вновь закрутились необъяснимые загадки, прося немедленного разрешения.

Интересно, кто такие эти долговязые? И какую кость они не поделили с гоблинами, что у них идет такая кровавая вражда? В родных землях Тианора гоблины были трусливы и никогда не смели воевать в одиночку. Обычно они объединялись с другими подобными им зеленокожими и помогали в набегах. Но чтобы развязать войну с другим народом! Нет, такого на памяти мага не случалось. Неужели плодородных земель в этих краях недостаточно, чтобы прокормить оба племени? Или долговязые – обычные вандалы, которые получают удовольствие от грабежей и насилия?

Тианор решил, что пока известно слишком мало, чтобы делать какие-то выводы. Нужно еще расспросить Рашура на привале о тайнах здешних мест. А может шаман племени ответит на его вопросы? Но, постойте! Его же обвиняют в шпионаже для долговязых! Это Тианору придется отвечать на вопросы. И, похоже, что этот разговор будет значительно отличаться от милых светских бесед за бокалом доброго вина в Академии Чародейства. Особой вражды к гоблинам маг не испытывал. Просто недолюбливал. Считал их вредными и уродливыми, но не опасными существами. Э-эх, сюда бы пару заклинаний из его арсенала! Как удивится Рашуг, увидев, что его пленник растворился в воздухе… А потом липкие щупальца страха коснутся каждого гоблина в его отряде. И все они разбегутся в ужасе. Как тогда изменится его гордая осанка! Как тогда его рот раскроется в удивлении! Но нет! Кто-то украл бесценный талант Тианора. За его возвращение маг с радостью бы подарил половину своей библиотеки.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Mar 27 2018, 08:07 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Oct 17 2005, 07:04 AM
|Цитировать


Group Icon



Глава 4
Долговязый


Между тем время перевалило за полдень. Рашуг остановил отряд, спешился и объявил привал:
– В этих местах мы встречать долговязых. Моя не хочет боя. Моя хочет доставить пленника шаману. Моя ждать темноты.
– Почтеннейший Рашуг, могу я поинтересоваться, когда мы доберемся до места? – поинтересовался Тианор, с трудом спустившись с животного на землю. – Видишь ли, мои кости не приспособлены к долгой тряске и могут не вынести тягот пути…
– Твоя молчать сейчас! – оборвал вождь отряда. – Еще переход, и мы видеть шамана. А сейчас всем есть тукрий и спать!

С последними словами Рашуг отвернулся от мага и занялся распаковкой скарба. Гоблин снял все вещи со спины животного и слегка хлопнул по спине своего лурна и скакуна Тианора. Животные, оглашая место стоянки радостным похрюкиванием, умчались на свободу в травяные заросли. Рашуг проводил взглядом лурнов, развязал один из мешков и достал две знакомые корзинки. Одну вожак протянул магу, а другую раскрыл сам, и с аппетитом начал поедать содержимое. Остальные гоблины давно последовали его примеру – все с аппетитом запихивали в рот сучащих лапками гусениц. У некоторых корзинки быстро показали дно, и они с завистью поглядывали на мага, который не спешил приступать к угощению.

Есть тукрий живыми Тианор не отважился. Да и длительная скачка сказалась на аппетите не лучшим образом. Маг перекусил несколькими съедобными корешками, и начал медленно прохаживаться, осматривая место стоянки. Старик надеялся найти неведомые ему растения или насекомых, и по возвращении удивить коллег. Мечты о славе в Академии Чародейства вновь вскружили ему голову. Поэтому от неминуемой смерти его спасло только чудо. Только он наклонился к очередной любопытной травинке, как над головой просвистела стрела с длинным оперением. Тианор повалился на землю, и закричал:
– Осторожно! По нам стреляют!

Гоблины не дремали. Быстро выхватили маленькие самострелы и рассеялись в высокой траве. Невидимый стрелок не терял времени даром. Один из гоблинов упал, не успев затеряться в зарослях. Из его мордочки торчала стрела – копия той, что чуть не отправила мага в пределы смерти. Из-под стального наконечника тонкой струйкой текла кровь. Посмертной маской залила она глаза жертвы и окрасила в багрянец нежную зелень травы. Гоблин не шевелился. Его душа уже была в пути к встрече с неизвестным Богом.

Следующая стрела опять чуть не отправила мага на тот свет. Но, казалось, что Тианор защищен в этот день свыше. Ему вновь повезло. Стрела пригвоздила мантию к земле, но ее владелец не получил и царапины. Дальнейшей битвы старик уже не видел. Он нырнул в ближайшие заросли и прижался к земле. Поодаль, в нескольких сотнях футов, послышался мелодичный свист. Маг уже слышал такой утром при зове лурнов. Потом донеслись отголоски пронзительных криков. И через некоторое время тишина вернулась на равнину. Только легкий ветерок беззаботно заигрывал с верхушками трав, будто и не пролилась здесь недавно кровь.

Тианор так и лежал, прижавшись к траве, когда зеленые заросли вокруг затрепетали и заходили волнами. Из них стали выходить гоблины – целые и невредимые. Последние двое несли подмышки своего вожака. Он был жив, но заметно побледнел. Даже зеленый цвет кожи не скрывал этого. Из бедра торчало сломанное древко стрелы. Некогда гордый взор поблек, голова опустилась, силы постепенно оставляли умирающее тело.
– Моя рад, что ты не убегать от нас, пленник. – Голос Рашуга был слаб. – Шаман говорить с тобой. Но моя уже не говорить.

Гоблины подтащили вожака к ближайшему дереву и уложили его. Глаза Рашуга закатились, сознание покидало его. Один из гоблинов подошел ближе и начал осматривать рану. Она не казалась смертельной, но, похоже, стрелы неведомого лучника хранили свои секреты. Гоблин схватился за древко и дернул. Из раны потекла кровь, но наконечник не поддавался. Тианор, увидев варварское отношение к раненому, попросил неуверенным голосом:
– Позвольте мне осмотреть почтенного Рашуга. Я знаком с искусством исцеления подобных ран.
– Вожак умирать. Яд долговязого лечить только шаман. Вожак умирать быстрей, – гоблин повернулся к старику, и Тианор с изумлением заметил в его взгляде горечь.
– Яд? Тогда все понятно. Но я знаком и с некоторыми ядами, – упорствовал маг.
– Пусть пленник смотреть. Плохо не будет, – прошептал Рашуг.

Тианор склонился над умирающим гоблином и начал осмотр. Наконечник вошел в ногу не полностью и без яда не представлял большой опасности. Из складок мантии маг достал крохотный, но очень острый нож. Тонким лезвием сделал небольшие надрезы по бокам и осторожно расширил рану. Кровь уже текла сплошным ручейком. Она образовала вокруг раны вязкую багровую корку. Тианор оторвал еще один кусок от мантии и склонился над Рашугом. От волнения на лбу старика обильно выступил пот. Гоблины внимательно наблюдали за действиями пленника. Их маленькие глазки блестели интересом, но в то же время они не доверяли чужаку. От результатов лечения вожака гоблинов зависели будущие отношения Тианора с гоблинским племенем. И он это прекрасно понимал.

Быстрым движением маг дернул за наконечник стрелы. Тот не поддался, лишь застонал умирающий Рашуг. Гоблины неодобрительно заворчали. Старик дернул еще раз, и наконечник вышел из бедра раненого. Кровь начала толчками вырываться из открывшейся раны. Тианор быстро заткнул разрез куском ткани, оторванной от мантии.
– Воды мне! Нужно промыть рану! – крикнул он в сторону наблюдающих гоблинов.

Один из них принес высушенную тыкву, заткнутую сбоку деревянной пробкой. Тианор вытащил пробку и смочил свободный конец повязки. Затем ловкими движениями промыл рану и смыл всю корку крови вокруг нее. Вновь приложив повязку к раненому бедру, он обмотал свободный конец ткани вокруг ноги Рашуга, насколько хватило длины.
– Веревку мне! Быстрее веревку! – уверенно потребовал старик.

Гоблин быстро подал требуемое. Маг туго перетянул ногу раненого, остановив кровотечение.
– А теперь, как следует, изучим этот тоссикус, кхм… яд, – проговорил Тианор, обращаясь больше к самому себе.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Mar 27 2018, 08:04 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Oct 17 2005, 07:17 AM
|Цитировать


Group Icon



Глава 5
Исцеление Рашуга


Маг забыл про все на свете, не замечал ничего вокруг. Он полностью погрузился в изучение стального наконечника и только изредка что-то бормотал под нос. Тианор обнюхал наконечник, лизнул, но так и не почувствовал следов яда. Как бы сейчас пригодились алхимические инструменты! Но, увы… Его любимый набор, подаренный магистром алхимии, остался неизвестно где, а найти новый в этих местах вряд ли удастся. Теперь придется рассчитывать только на ум и познания в области ядов. Наконец-то им представился случай поработать на славу. Так, нужно сосредоточиться. Еще на уроках в Академии говорили про ядовитые вещества без вкуса и запаха.

Память не подвела старого мага. Он вспомнил про подобный яд. Растение, из которого его добывали, называлось Изгоняющий корень. Он не проникал в кровь и воздействовал не на тело, а на душу. Яд выталкивал ее в астрал. После этого, нить, связывающая физическое тело с душой, обрывалась, и отравленная жертва умирала. Никаких конвульсий и судорог при этом не возникало. Просто сознание постепенно оставляло умирающую жертву, а без нити, что удерживала душу, тонкая субстанция растворялась в серебристом астральном тумане. Тело погружалось в вечный сон.

Такая же судьба ждала и вожака гоблинов. Симптомы были схожи. Тианор не мог заметить судорог или мучений. Только сознание постепенно покидало раненого. Если не найти способ остановить душу Рашуга, то вскоре она удалится в недосягаемые дали астрала. Остановить тонкую субстанцию живого существа непросто. Это не слуга, которому легко приказать. И не глупый поросенок, которого легко остановить, построив хлев. Душа живет по своим законам, воздействия на нее сложны. Только умудренные опытом священники могут обратиться к сердцу и душе. Даже в богатом колдовском арсенале Тианора вряд ли нашлось бы заклинание способное на такое. А что он сможет сделать без своей колдовской силы?

Маг почти отчаялся спасти гоблина от неминуемой смерти. Оставалась последняя надежда – запас трав, который он собрал накануне пленения. Тианор достал из–за пазухи весь заготовленный гербарий и стал просматривать каждую травинку. Так, Белый шиповник. Хорош от простуды. Не подходит. Луковичный ревень. Может избавить от сглаза, но здесь он бессилен что-либо сделать. Акулий папоротник. Ценное растение. Добавит сил и решимости любому трусу. Тоже не то.

Взгляд Рашуга уже полностью потерял осмысленность. Гоблины начали нетерпеливо переминаться с ноги на ному за спиной мага и о чем-то шептаться. Тианор же все перебирал свои травы, но нужной найти не мог. И тут на глаза магу попался один неприметный корешок. В голову пришла нелепая мысль. Рискованно. Очень рискованно. Но вдруг выйдет! Во всяком случае, это единственный шанс. Старик поднял голову от растений, оглядел замолкших гоблинов, подсел ближе к умирающему вожаку.

Растение называлось Волчий клык. Если верить слухам, оно росло только на могилах оборотней. Человек, не в меру выпивший отвара из корня этого растения, начинал по ночам обрастать шерстью и выть на луну. Тианор же ведал, что некогда Владыка Волков, чтобы заполучить для себя свирепых слуг, вырастил их из этого растения. В корне растения содержался дух и неукротимая ярость самого Владыки. Любое живое существо, отведавшее вкус волчьей ярости, непременно приобретало этот дух. Временами звериный зов требовал выхода на волю, требовал охоты и крови. И этот неукротимый волчий дух мог задержать душу и не дать ей раствориться в астрале. Звериная душа крепко держится за плоть, пока та жива.

Тианор больше не раздумывал ни секунды. Рашуга нужно спасти любой ценой. Это упрочнит его шаткое положение среди гоблинов. Возможно, за подобную услугу шаман племени покажет старику дорогу домой. Тианор развел огонь и приготовил отвар из Волчьего клыка. Снадобье источало приятный запах, который слегка кружил голову. На гоблинов он тоже действовал. От аромата у них заблестели глаза, а рты растянулись в зверином оскале. Маг наспех остудил кипяток прохладной водой из тыквы. Напоить бессознательное тело вожака было непросто. Двое гоблинов приподняли его, а третий приоткрыл рот. Несколько капель зелья упали на язык Рашуга, Тианору осталось только ждать.

Долгое время ничего не происходило. Голова бессильно свешивалась вниз. Открытие глаза напоминали грязные мутные лужи. В них не было и тени грозного взора вожака. Кровь из раны перестала окрашивать повязку. Признаков жизни Рашуг не подавал.
– Твоя не помогать вожак. Вожак умирать, – не вытерпел один гоблин и потянулся к копью.
– Молчи зеленый недоросток! Снадобье еще не подействовало! – взорвался старик. Хотя в глубине души тоже начал сомневаться успехе.

Но тут тело Рашуга забилось в конвульсиях, словно одержимое демоном. Гоблины не удержали своего вожака и уронили на землю. Глаза раненого раскрылись еще шире, и стали напоминать глиняные блюдца. Затянувшая их серая пелена постепенно блекла. Конвульсии прекратились. Зрачки сужались к прежней форме. Наконец, Рашуг пошевелил плечами. Его мордочка при этом сморщилась, как будто от нестерпимой боли. Во взгляде стала появляться осмысленность, и вскоре последовал первый вопрос:
– Где я? Как моя попасть сюда?
– Почтеннейший Рашуг, ты среди друзей. Среди своего народа и в полной безопасности. – Опередил всех нетерпеливый маг. – Что произошло с тобой? Что ты помнишь?
– А, пленник. Моя помнить тебя. – Вожак попытался устроиться удобней, но не смог. Тианор помог ему сесть и прислониться к стволу дерева, гоблин продолжал:
– Моя убивать долговязого. Стрелять в него, а потом протыкать. Много раз протыкать. – Рашуг задумался. В его глазах появилось нечто похожее на удивление. – Моя летать. Моя летать в темнота. Моя быть и видеть темнота. И потом серебро в темноте. Много серебра. Серебряная земля. Серебряная трава. Серебряные горы. А моя все летать. Серебряный дождь. Серебряные облака. Моя купаться. Купаться в серебряных облаках… А потом моя падать. Моя падать назад. Падать сюда и видеть вас.
– Не стоит волноваться. Ты был смертельно ранен, почтеннейший, – маг покрутил перед гоблином извлеченным из раны наконечником стрелы. – Но я остановил яд, уничтожающий саму душу. Сейчас ты вне опасности, но тебе нужно отдыхать. Нужно еще некоторое время, чтобы все силы вернулись.
– Нет. Моя сильный. Моя самый сильный. – Во взгляде гоблина загорелись яростные полыхающие огоньки. – Моя ехать сейчас. И все ехать сейчас. Занять позиции! Шаман ждать нас.
– Но как же. Ведь собирались разбить лагерь до темноты… – возмутился было Тианор, но не успел договорить.
– Шаман ждать нас. Моя не терять времени! Моя нести важное сообщение и пленника! – Рашуг зыркнул на мага, но огоньки в глазах уже почти погасли.

Гоблины не спорили с вожаком, чудом вернувшимся из пределов самой смерти. Они молча укладывали походный скарб и не переговаривались. Все чувствовали, что Рашугу сейчас лучше не перечить. Гоблины собрались, и вожак свистнул лурнов. Отряд оседлал скакунов и продолжил путь домой.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Apr 23 2018, 04:48 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Oct 18 2005, 05:56 AM
|Цитировать


Group Icon



Глава 6
Шакрам


На сей раз голову мага заняли тревожные мысли о Рашуге. Все ли он сделал так, как надо? Не переборщил ли с дозой зелья? Не покорит ли волчья сущность душу вожака гоблинов? Пусть она вредная и временами подлая, но Тианора напугала ярость, появившаяся во взоре Рашуга. Маг никогда не ожидал увидеть что-либо подобное в глазах живого существа. Но дело сделано, дороги назад нет. Если теперь выгнать волчью сущность из тела, то душа опять помчится к серебряным просторам астрала. Только звериная воля к жизни отделяла теперь Рашуга от смерти.

И что-то он стал проявлять слишком много волнения из-за какого-то гоблина. В Академии его бы за это подняли на смех. Иногда гоблинов использовали в магических экспериментах. Обычно маленькие создания не выживали в них. И никто не оплакивал в этом случае зеленокожих. Маленькие трупики продавали гильдии некромантии, и тут же забывали про них. Такими мыслями и воспоминаниями Тианор сумел умерить свое волнение, но какой-то темный и гнетущий осадок на душе все равно остался.

В это время отряд пересек равнину. Солнце спустилось почти к самому горизонту. В закатном свете Тианор сумел разглядеть гряды невысоких цветущих холмов, целиком покрытых зеленью. Лурны сбавили скорость и помчались по узкой тропке. Тропа брала начало у подножия одного из холмов, пряталась за ним от постороннего взора и извилистой змейкой убегала на запад.

Открывшийся вид мог украсить галерею любого художника и подарить неувядаемую славу его кисти. Заходящее солнце нежным багрянцем окутало зеленые вершины. Склоны холмов переливались множеством красок в заходящем свете. Казалось, цветы со всех земель собрались на летний карнавал. Лепестки, словно стесняясь своей красоты, сворачивались в бутоны. Некоторые уже готовились к прохладной ночи и чуть склонились к земле. Маг залюбовался открывшейся картиной. В его старом сердце всколыхнулись забытые воспоминания и чувства юности. Губы сами стали напевать забытую песню из давно ушедшей молодости. Тианор заставил себя остановиться. Не к лицу ученому старцу, повидавшему жизнь, уподобляться юнцу, только что оторвавшемуся от материнской юбки.

Лурны не обращали внимания на чарующий вид. Шаг за шагом они стремительно несли седоков к поселению. Скакуны гоблинов, похоже, не знали усталости. С восхода до заката мчатся они с наездниками. И на бой со стрелком долговязых их позвали, вспомнил маг про мелодичный свист во время схватки на равнине. Интересно все же понаблюдать за ними во время сражения.

Постойте-ка, ведь Рашуг сказал, что сам убил долговязого. Он выстрелил в него, а затем проткнул копьем. Неужели верные скакуны гоблинов не сумели помочь им? Странно. Как много странностей в этих местах. Вымуштрованные гоблины с оружием неведомого мастера, война с долговязыми, лурны, природа, достойная жилища Богов. Во всем присутствовала загадочная тайна. Но где искать для нее ключик? Кто раскроет ее? На эти вопросы старик не мог найти ответа.

Вскоре солнце полностью укрылось за холмами, наступила ночь. Лурны знали каждый дюйм этих мест и продолжали бег. К полуночи отряд выехал к широкому холму. Маг сразу заметил его, в темноте такое невозможно пропустить. Склон холма покрывало густое покрывало огоньков, словно гигантские светлячки разбили здесь свой лагерь. Тианор догадался, что это и есть поселение гоблинов. Но что за таинственные огоньки встречают их? Подъехав поближе, маг разглядел чернеющие отверстия норок. Перед каждым отверстием стоял шест. На наконечниках шестов огненными цветами распускались зачарованные сферы. «Ну и ну, – подумал маг. – Даже академия не может себе позволить таких колдовских фокусов. А тут, смотри-ка ты, какие-то облезлые гоблины устроили феерию».

Отряд спешился. Из нор уже выглядывали любопытствующие мордочки гоблинов. В проеме одной из них показался гоблин, настолько необычный, что Тианору вновь пришлось раскрывать рот от удивления. Облаченный в белоснежную сутану, он больше напоминал почтенного священника на церемонии. В цепких лапках гоблин держал позолоченный посох. За такой любой чародей мог бы удавить собственного учителя. Но еще больше мага поразил говор гоблина. Он чётко произносил слова на всеобщем языке, разрушая в пух и прах теорию о том, что гоблинов невозможно научить правильной речи. Спешившийся отряд уставился в сторону странного гоблина и замер в ожидании.

– Доброй ночи, мои храбрые друзья. Я вижу, что ваша дорога была трудна. – Гоблин в белой сутане взглянул на Тианора и произнес: – Пленник, меня зовут Шакрам Проницательный. Я шаман этого достойного племени. Наше селение зовется Урмуш. Поведай нам кто ты и откуда?
– Я – Тианор Сандос, потомственный маг.
– Что ты ищешь в этих землях, Тианор Сандос? – шаман посмотрел прямо в глаза старика.
– Я оказался в них случайно, достойнейший. Не знаю, кто сыграл надо мной эту шутку. Я впервые в этих землях, и не имел чести бывать в них раньше. – Тианор каждой частичкой своего естества чувствовал, как взгляд шамана проникает прямо в душу. Ему казалось, что он беседует не с гоблином, а находится перед святым инквизитором на допросе. – Я очнулся в беспамятстве посреди пустоши, пересек ее и встретился с твоим народом.
– Да, Пустошь Гнева. С Рашугом ты встретился в Туманных Лесах. Не похоже на ложь. Но как ты собираешься вернуться домой, маг?
– На этот вопрос я сам не могу найти ответа. Я думал, что твоя мудрость поможет мне разрешить некоторые загадки.
– Возможно, вполне возможно, – Шакрам в задумчивости потер подбородок. –Говоришь потомственный маг, – шаман сделал небольшую паузу. – Значит ты хорошо владеешь искусством колдовства. Это так, Тианор Сандос?
– Да, это так. Но видишь ли, когда я очнулся в этих землях, меня словно прокляли бесы. Мое мастерство бесследно исчезло, достойнейший, – с печалью пояснил старик о своей утрате.
– Возможно ли такое? Наша земля не отнимает мастерство у чародеев. Во мне оно живо и сейчас. – Объяснение явно показалось Шакраму неправдоподобным.
– Пленник лгать тебе, шаман, – вмешался в разговор Рашуг. – Моя был ранен долговязым, где расти много проклятой травы. Только шаман мог спасать меня. Но пленник спасать меня. Пленник – шаман.
– Значит, на Ясной Равнине тебя ранил долговязый… И пленник спас тебе жизнь… Любопытно, – заинтригованный шаман вновь обратился к Тианору. – Как ты объяснишь это?
– Исцеление не потребовало от меня колдовской силы. Отвар корня спас почтенного Рашуга.
– Хорошо, маг. Ты спас нашего лучшего воина. Я отплачу тебе. Я расскажу тебе про наши земли все, что знаю. Но ты поможешь нам в войне с долговязыми. Всего одна небольшая просьба. Ты похож на наших врагов, и это может помочь нам, – шаман вопросительно посмотрел на человека.
– У меня нет другого выбора, – пожал плечами маг. – Я согласен, что это за просьба?
– Пусть это пока останется тайной. Мой план еще не готов до конца, и пока что его не знает никто. – С этими словами шаман отвернулся от Тианора и обратился ко всем: – А сейчас пора отправляться отдыхать. Вы устали с долгой дороги. Завтра я с интересом послушаю подробный рассказ о вашем походе.
– Только один вопрос, Шакрам, – торопливо вмешался маг. – Откуда у вас это? – Тианор указал на светящиеся шесты у норок и добавил: – И кто продает вам оружие?
– Наш Бог любит нас, и он заботится о своих чадах. До первых солнечных лучей, маг, – уклончиво ответил шаман, после чего развернулся и отправился к своему жилищу.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Apr 23 2018, 04:51 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Oct 19 2005, 06:53 AM
|Цитировать


Group Icon



Глава 7
Побег


Тианору выделили нору с более крупным входом, чем у прочих. Видимо гоблины вырыли ее специально для гостей. Вход этого жилища не освещался зачарованной сферой. Маг с легкостью пролез через отверстие и с удовольствием отметил, что внутри нора несравнимо шире, чем казалось снаружи. Под потолком висел маленький шар, заливая приятным голубым свечением пространство жилища. Дальний угол занимала большая куча высушенных растений. В центре стояли маленькие, уже знакомые закрытые корзинки – гостя ждало вечернее угощение. Внутри одной ползали тукрии, так любимые гоблинами. В других содержимое оказалось более аппетитным. Только сейчас, увидев репу, картофель, яблоки и съедобные корешки, Тианор осознал насколько был голоден. Он с жадностью набросился на содержимое корзинок и проглотил его за несколько минут. Только гусеницы продолжали мирно ползать в корзинке.

С улыбкой сытого и довольного кота старик завалился на кучу травы. Он ждал, когда усталость возьмет свое, но сон не шел к нему. Яркие воспоминания, насыщенные событиями прошедших дней, не давали глазам закрыться и уплыть в страну грез. Слишком многое случилось за короткий промежуток времени. За последние тридцать лет размеренной жизни в башне Тианор не пережил столько злости, сомнений и страхов, сколько за два дня под ясным небом этого мира. За это время он мог погибнуть несчетное число раз! Старик понял, что отныне спокойно смотрит смерти в лицо. И поджилки больше не трясутся при одном лишь воспоминании о ее парализующем взгляде. Беззубая старуха с косой стала постоянной спутницей мага.

И все складывается удачно, в конце концов. Лишь одна услуга, и маг проникнет в загадки и тайны этого мира. Хотя, возможно, шаман и сам не знает многого об этих землях? А как чудно он выглядит! Еще одна загадка… Где он раздобыл такой посох? И заключена ли в нем какая-нибудь мощь, или это обычная побрякушка? Несмотря на странный вид, Шакрам внушал человеку доверие. Мудрость и уверенная сила исходили от его взора. Тут до мага дошло и понимание другого – он никогда раньше не помышлял, что сможет так вознести какого–то гоблина. И ведь Тианор поверил зеленокожим, и даже согласился выполнить для них услугу! Для гоблинов! Потомственный маг! Да провалиться ему в преисподнюю этого мира от позора. Вся Академия поднимет его на смех за такое!

В Тианоре проснулось обычное людское презрение к гоблинам. Маг уже начинал жалеть, что согласился на условия шамана. Вера в обещания Шакрама постепенно таяла. Ему казалось, что его навсегда заточат под землей или убьют после того, как он выполнит просьбу шамана. Конечно же! Зачем гоблинам возиться со старым беззащитным человеком. Но что ему оставалось делать? Один, в неведомых землях. Куда еще податься? И тут его осенило: Долговязые! Вот к кому стоило обратиться за помощью. Тианор не сомневался, что под маской гоблинских врагов скрываются люди. Хотя днем ему так и не удалось разглядеть таинственного стрелка. Конечно, стрелок чуть не убил его, но он же думал, что стреляет по гоблинам. Да еще и в траве сложно разобрать, кого пронзит метко пущенная стрела – зеленокожего или нет.

Решение крепло. Оставалось только сбежать от гоблинов и разыскать долговязых. Маг не связан, и выход из норы никто не стережет! Возможно, снаружи за его временным жилищем установлен надзор? Все равно стоит попробовать. Если поймают, то соврет, что выходил из норы по нужде. Не может же он справлять ее, как гоблины, прямо в жилище! А если магический охранник? А, будь, что будет. Нужно верить в судьбу. Она пока не подводила. Приняв решение, Тианор начал продвигаться к выходу из своего жилища. Уже у выхода маг задумался, вернулся вглубь норы и дернул за шар, освещающий гоблинское жилище. Тот не поддался. Старик взялся за него двумя руками и повис всем телом. Волшебная сфера оторвалась от потолка и упала вместе с магом на пол. Довольный Тианор схватил шар и осмотрел его. Тот продолжал излучать спокойное голубоватое сияние. Маг осторожно обмотал шар высушенной травой с лежака и спрятал в кармане мантии. Затем старик вылез из норы под освежающий ночной ветерок.

Гоблинский холм полностью погрузился во тьму. Зачарованные огни возле нор погасли. Луны не было видно, а мягкий свет звезд не давал возможности что-либо разглядеть. Тианору оставалось продвигаться по памяти и на ощупь. Маг встал на четвереньки и начал медленно сползать с холма. Попутно он ощупывал каждый дюйм земли перед собой в поисках ловушек и ограждений. Не встретив подвоха, Тианор ускорил спуск. Колени моментально затекли. На ладонях появились царапины и порезы от мелких камешков и колючей травы. Но маг не мог остановиться, хотя подняться на ноги по-прежнему опасался. Он значительно удалился от гостевой норы и подумал, что история с походом по нужде не слишком убедительно объяснит его побег. К тому же можно ненароком зацепиться за какой-нибудь корень, и проделать весь спуск с холма очень быстро, но при этом оставить на нем все свои кости. Нет. Лучше медленно и не торопясь. Утро еще не скоро.

Тианор проползал по нескольку десятков футов и останавливался отдохнуть. Старческие кости не привыкли к такой манере передвижения и безудержно ныли. Маг очищал руки от налипшей грязи и травы, разминал затекшие колени и продолжал спуск. Видели бы его сейчас ученики Академии. В порванной и перепачканной мантии, с нелепой повязкой на голове, лицо в грязевых разводах, лезет вниз по холму в темноте на корячках! Жуткое зрелище. Но лучше так, чем доверять этим зеленокожим созданиям! И тут Тианор вспомнил про меч. Будь проклят маленький народец! Они лишили его последнего оружия. Конечно, маг не умеет владеть им, и ноша эта не из легких. И пусть это оружие для неграмотных варваров, никогда не бравших в руки книги. Но прочная рукоять в руках и сверкающая на солнце сталь придают уверенности в собственных силах. Теперь уже поздно возвращаться за ним. Да и этот неблагодарный Рашуг так просто не расстанется с трофеем.

После пары часов спуска Тианор оказался у самого подножья гоблинского холма. Вдоль пологой гряды тонким ручейком вилась тропка, совершенно невидимая в темноте. Тианор нашел ее по памяти. Опасаясь погони, он не решился следовать по ней. Но без тропы во тьме легко заплутать среди похожих холмов. Беглец решил укрыться и дождаться рассвета. Рисунок звезд был незнаком Тианору, и он не мог проложить по ним путь. А при свете дня можно ориентироваться по солнцу. Маг неплохо запомнил днем дорогу в эти места. Уверенный в своей памяти, и в том, что выберется отсюда, старик начал подъем на следующий холм, чтобы переждать ночную темень и предрассветный сумрак за его склоном.

Тианор уже поднялся до середины, как что-то привлекло его внимание. Впереди на склоне в зарослях кустов происходило какое-то движение. Маг вновь прижался к земле и начал ползком приближаться к источнику шума. Вот уже ближайшие кусты зашевелились, словно став многолапыми чудищами под блеклым светом звезд. Старик укрылся в траве, замер, опустил голову и стал прислушиваться к доносящимся звукам.

Кусты раздвинулись, и из них вышли фигуры, неразличимые в темноте. Одна, две… десять, пятнадцать. Да сюда пожаловал целый отряд. Воинов? Убийц? Или воров? Нет, воры и убийцы не бродят толпами по холмам, при этом в полный рост и строем. Они действуют в одиночку или небольшими группами. Скорее всего, это воины. Но что им понадобилось здесь? Как что? Конечно же, они направляются к поселению гоблинов. И это воины долговязых. Но как они нашли это место? Не похоже, чтобы гоблины прятались или маскировали свои норы. Они не опасались, что их могут легко обнаружить. Как же это произошло? И что ему теперь делать? Маг сбежал из теплой гостеприимной норы, чтобы найти долговязых. И вот, удача одарила его – враги гоблинов перед ним, маршируют в ночи, словно воины рока, а он не решается даже приблизиться.

Последняя тень прошествовала в десятке футов от Тианора в сторону Урмуша, но маг так и не решился что-либо предпринять. Только сильнее вжался в траву и смотрел в удаляющиеся спины, едва различимые под покровом темноты. Конечно, можно бежать за шествующим во тьме отрядом. Догнать их, остановить, рассказать о своих похождениях, умолять помочь. Но не получит ли он в ответ только холодную стрелу между глаз, как тот несчастный гоблин на равнине? Нет, Тианор не боялся этих теней. За последние два дня из головы старого мага стало улетучиваться чувство страха. Однако, подставлять себя под стрелу по собственной воле не хотелось. Он вспомнил рассказ Рашуга: серебристые облака, серебряный дождь, серебряная земля. Нет! Разноцветная палитра цветов милее его взору. Тианор не променяет свой сад подле башни на серебро астрала, не даст долговязым растворить в холодном блеске свою душу. И что же тогда делать? Пожалуй, Тианор поговорит с долговязыми, но только в более дружелюбном месте и при свете дня.

Наконец, маг принял решение. Он последует за долговязыми, проследит за ними и дождется утра. Утром старик нагонит их, поведает про свои приключения и сдастся на волю судьбы. А как же гоблины? Пусть они презренные существа. Пусть они забрали у него оружие и пленили. Но гоблины оставили его в живых, кормили, предоставили отдельную нору для ночлега и даже обещали помочь. Правда сейчас долговязые изрежут их во сне, словно овец на бойне… И как же можно помочь маленькому народцу? Только если обогнать отряд нападающих и предупредить шамана об опасности, а долговязые никогда не узнают, что это сделал он.

Мышцы старика сразу налились силой, и кровь вскипела от желания помочь гоблинам. Тианор отполз подальше в сторону от колонны долговязых, затем выпрямился и стремглав понесся по склону холма к гоблинскому селению. Но нападавшие тоже больше не скрывались. С шага они перешли на бег. Колонна теней мчалась к спящему лагерю и опережала старика. Темнота ночи постепенно уступала место предутреннему сумраку. Тианор с ужасом разглядел, что отряд долговязых мчится впереди и уже на подступах к Урмушу. Маг попытался бежать быстрее, но годы взяли свое. Из груди старика вырывались хрипы, в боку нестерпимо закололо. Бег вверх по склону нелегок, а тут еще на пути пошел колючий кустарник. Тианор запутался в его ветках и повалился прямо в заросли. Об острые колючки маг ободрал себе руки и лицо, но не ощущал этого. Горький комок досады подступил к горлу – он не успел. Он не успел спасти Урмуш.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Mar 27 2018, 09:41 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Oct 20 2005, 05:03 PM
|Цитировать


Group Icon



Глава 8
Падение Урмуша


Тоска еще долго продолжала разрывать сердце мага, но в нем не угас огонек надежды. А что, если он еще успеет кого-нибудь спасти? Пусть немногих, но попытаться стоит. Морщась от боли, Тианор выбрался из колючего кустарника и продолжил подъем. В утреннем сумраке постепенно открывалась жуткая картина резни. Долговязые достигли Урмуша и напали на спящих гоблинов. Возле многих норок уже лежали маленькие трупики. Большинство зеленокожих не успевали даже сообразить, что происходит. Долговязые врывались в одно жилище, острыми тонкими клинками перерезали гоблинам шеи и мчались к следующему. Их тени уже заполонили все селение. В каждой части Урмуша в эти минуты проливалась кровь, и души зеленокожих покидали земные тела.

Тианор понял, что никого не успеет предупредить. Рваться сейчас в атакованный Урмуш будет чистым самоубийством. Осталось только с ужасом следить за кровавой бойней. Старый маг нырнул в ближайшие заросли, набрал несколько охапок травы и накрылся ей, словно покрывалом. Из получившегося укрытия он в безопасности мог лицезреть жуткую панораму боя, развернувшего перед ним. Развязка скоро наступит. На его глазах с лица земли исчезало гоблинское поселение.

Но часть гоблинов все-таки смогла организовать защитный островок. В середине этой группы, как снег среди лета, мелькала белая сутана Шакрама. Гоблины под его руководством сомкнули ряды, выставили вперед свои игрушечные копья, и успешно сдерживали нападающих. Задние ряды уже достали самострелы, и первые стрелы-иглы вонзились в долговязых.

Сердце Тианора радостно забилось в надежде, когда он различил фигурку Шакрама живого и невредимого. Возможно, еще не все потеряно для маленького народца. Мудрость шамана спасет их в этой резне. Маг увидел, как Шакрам перестал носиться от одного гоблина к другому и замер, словно к чему-то прислушивался. Затем шаман поднял посох к сумрачному небу, стукнул им оземь и что-то прокричал ввысь. Шесты с зачарованными навершиями возле жилищ гоблинов вновь стали излучать магическое сияние, и сумрак раннего утра постепенно покинул поле боя.

В магическом свете Тианор, наконец, смог разглядеть долговязых. Их фигуры походили на людские, только показались магу чуть ниже и стройнее. Они носили серые плащи, скрывающие под собой оружие. Их движения были стремительны и грациозны, словно они исполняли быстрый танец, а не сражались насмерть. Вдруг один долговязый упал на землю. Из его груди торчала крошечная гоблинская стрелка. Капюшон спал в сторону и обнажил лицо умирающего. Оно не выражало испуга, только удивление. Но что это? Плавные черты лица, чуть заостренные уши. Это же эльфы! Лесной народ, с неприязнью относящийся к любым беспокойствам и войнам. И эльфы идут на гоблинов беспощадной войной! Нападают по ночам на их селения, вырезая каждого, словно бешеных собак! Этого не может быть… Но глаза не обманули Тианора, долговязые оказались эльфами. Прекрасным свободолюбивым народом, чьи песни всегда заставляли краснеть людских бардов. Красота эльфийских дев заставляла устыдиться самых прекрасных принцесс. Только сейчас они напоминали не бардов из дивной страны, а мясников на бойне.

Сражение продолжалось. Хотя это сложно было назвать сражением. Только группа, управляемая шаманом, еще не распласталась безжизненными телами под первыми лучами солнца. Во всех остальных частях Урмуша бой уже закончился. Все жители лежали бездыханными либо в норах, либо на улице. И последних выживших гоблинов уже зажимали в кольцо. Еще несколько минут, и группу шамана растопчут со всех сторон, или потопят ливнем стрел. Но Шакрам даже не думал сдаваться. Он снова воздел руки к небу, начал дико приплясывать на месте и что-то напевать. Когда пляска закончилась, от позолоченного навершия посоха стала исходить волна теплого оранжевого света. Волна окутывала шамана, одевая его в плотную светящуюся стену. И вот Шакрам уже целиком оделся в лепестки бушующего оранжевого пламени. Он взял посох в обе руки, занес его над головой, что-то крикнул своим собратьям и сломя голову понесся на самую малочисленную группу эльфов.

Тианор понял замысел шамана. Он хотел прорвать кольцо атакующих и затеряться в траве и кустарниках на склонах холмов с остатками своего племени. Но им не спастись от метких эльфийских стрел. Старый маг отлично знал, насколько умелые лучники у лесного народа. Старик вспомнил стрелу с длинным оперением, пронзившую его мантию днем. Если бы не причуды судьбы, лежать ему рядом с убитым гоблином! Но он недооценил Шакрама и его маленьких соплеменников. Со стороны, куда пробивался храбрый шаман, раздался мелодичный переливчатый свист. Послышался топот – на подмогу к гоблинам неслись лурны. Во главе скакунов на одном из животных мчался Рашуг. Воин уже занес копье для смертельной атаки, как славный рыцарь на турнире.

Шакрам успел первым. Словно бушующая огненная элементаль, он врезался в нападающих и прошел через их ряды, как острый меч пронзает беззащитную плоть. Один эльф упал мертвым. На его лице и руках вздулись страшные волдыри ожогов. Еще двое схватились за обожженные места, скинули тлеющие плащи, и отпрыгнули в стороны с пути полыхающего шамана. В возникшую брешь тут же прорвались остальные гоблины. Они действовали чинно и слаженно, словно ветераны королевской гвардии. Эльфы стали хвататься за длинные луки, чтобы остановить беглецов. Первые эльфийские стрелы собрали обильную жатву среди оставшихся зеленокожих. Но гоблины продолжали двигаться. Только плотнее сдвинулись ряды, и со всех сторон ощетинился копьями строй маленьких воинов. Шакрам ушел в сторону и прикрывал отступление с фланга. В оранжевые сполохи пламени вонзались десятки стрел и тут же исчезали в жарких бушующих вихрях.

Рашуг тоже добрался до эльфов. Его копье уже пронзило ближайшего врага, и лурн нес лучшего воина гоблинов к следующему врагу. Остальные скакуны грозной лавиной сминали долговязых на своем пути и раскидывали их в стороны. Клыки лурнов легко пробивали доспехи эльфов, нанося тяжелые раны. Казалось, что присутствие таких союзников может переломить ход сражения. И у мага от предвкушения победы гоблинов сладко защемило в груди. Тианор уже забыл, что собирался перебежать к долговязым и искать у них помощи. Его сердце теперь было с гоблинами, и он всецело желал победы маленькому народцу.

Но судьба распорядилась иначе. Гоблины продолжали отступление, большинство зеленокожих уже пробились к лурнам и начали седлать скакунов. Эльфы с прорванного фланга разбежались в стороны, и со стороны основных сил долговязых быстрым шагом выступили несколько фигур с синими сферами в руках. Они уверенно вышли в середину нарушенного эльфийского строя, встали кольцом и начали проводить незнакомый ритуал. Каждый эльф поставил таинственную ношу перед собой. Колдуны упали на колени и стали совершать пассы над сферами.

Все гоблины уже оседлали лурнов и готовились пуститься в бегство. Рашуг гарцевал среди отряда и отдавал последние приказы. Шакрам не подпускал к гоблинам эльфов. Огненное одеяние шамана постепенно таяло. Но колдуны не собирались так просто отпускать своих врагов. Один из них в центре кольца начал громко взывать к неведомым силам. Тианор издалека разглядел этого колдуна – в расшитой серебром мантии, с вздернутым вверх волевым подбородком; похоже, он главный.

Артефакты начали оживать, внутри них бесформенной массой зашевелились магические силы. Главный колдун вскочил на ноги, вытащил небольшой деревянный посох и сильно ударил по сфере перед собой. Та разбилась, и из ее осколков стали подниматься маленькие серые вихри. Они увлекали за собой в воздух землю и мелкие камни. Неистово кружась, вихри направились к еще целым сферам по краю кольца, подняли их в воздух и ударили оземь. Затем порождения магии и ветра направились к убегающим гоблинам, словно направляемые чужой волей.

Шакрам не заметил творящегося ритуала или не придал ему должного значения. Но когда неукротимая сила стихий ворвалась в строй зеленокожих, бесстрашный шаман растерялся. Вихри с легкостью поднимали гоблинов в воздух и швыряли на землю, словно те были игрушечными солдатиками в армии забавляющегося мальчугана. Ураганный ветер сбивал с ног лурнов, а избежавшие этого животные в панике неслись прочь от места сражения. Подобная участь не миновала и Шакрама с Рашугом. Ветер легко свалил их с животных, и оба гоблина исчезли в ненасытном сером вихре. Только небольшая часть гоблинов успела умчаться от общей группы. Но вихри, словно разумные охотники, легко догнали своих жертв, сбросили с животных и подняли в воздух. Ни один зеленокожий не сумел спастись. Всех поглотила стихия, управляемая магией эльфов.

Когда на ногах не осталось больше ни одного гоблина и лурна, главный колдун коснулся осколков сферы посохом и что-то сказал. Вихри развернулись и начали обратный путь. За ними оставались лежать неподвижные тела, камни, измятые цветы и травы со склона холма. Яростная мощь вихрей быстро ослабевала. С каждым футом они уменьшались в размерах. Достигнув до размеров ладони, вихри вернулись к разбитым сферам и исчезли в осколках. Колдун в центре кольца поднял посох и что-то громко приказал мелодичным голосом. Эльфы повиновались команде и бросились к распростертым телам. Беспощадная резня продолжалась…

Это сообщение отредактировал Sairilias - Mar 28 2018, 05:31 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Nov 12 2005, 02:43 PM
|Цитировать


Group Icon



Глава 9
Гостеприимство долговязых


Тианор хотел кричать от отчаяния. Все гоблины лежали поверженными на земле. Несколько эльфов осматривали поле боя, подходили к еще живым врагам и быстрым ударом клинка обрывали жизнь несчастных. Лишь старый пройдоха-маг укрылся от глаз нападавших, и остался на свободе, цел и невредим. Но чем он мог помочь маленькому народцу? Разве только добровольно отдать жизнь за компанию с ними.

Главный эльфийский колдун склонился над распростертым тельцем шамана и с интересом осматривал его. Шакрам не подавал признаков жизни. Колдун поддел его носком сапога и перевернул мордочкой к небу. Шаман не шевелился. Тогда эльф опустился на корточки, достал темный фиал и влил несколько капель янтарной жидкости в рот гоблину. Шакрам застонал, но глаза оставались закрыты. Колдун поднялся, прокричал несколько слов. Тут же на его зов подоспели двое подручных и унесли шамана вглубь отряда.

Похоже, длинноухие убийцы чего-то дожидались и разбивали лагерь невдалеке от разоренного Урмуша. На слабом ветерке ясного утра затрепетали легкие, невесомые, словно сотканные из лунного света, полы походных шатров. Трупы погибших гоблинов и эльфов победители стаскивали в одну кучу выше по склону. Когда мертвых тел на поле битвы не осталось, эльфы подожгли ее. Слава Богам, запах паленой плоти поднимался вверх и уходил за холм, не достигая ноздрей мага.

Во всеобщей расправе нескольким гоблинам удалось уцелеть. Победители взяли их в плен и заперли в самой большой норе Урмуша, что несколькими часами ранее служила гостевой для Тианора. Маг заметил среди пленников Шакрама с Рашугом. Это вселило в сердце старика каплю надежды. Шаман так и не пришел в чувство, хотя изредка издавал тихие стоны. Его затащили в нору и бесцеремонно бросили на пол. Рашуг шел до импровизированной тюрьмы сам. Воина связали тонкой, словно паутина, веревкой. Он мог идти только крохотными шажками, но гордо поднятая голова и расправленные плечи ясно давали понять, что пленение не сломило Рашуга. Мордочку гоблина исказила яростная гримаса, а пылающие ненавистью глаза говорили, что если ему посчастливится освободиться, то эльфы горько пожалеют об этом.

Утро закончилось, наступил полдень. Тианор по-прежнему лежал в укрытии, наблюдал за эльфами и размышлял, что ему предпринять. Как же маг хотел помочь пленным! Но долговязые тотчас расправятся с ним, если он попытается приблизиться к норе с гоблинами. Неожиданная жестокость эльфов поразила старика. Мысль сдаться на милость победителей теперь казалась нелепой. Всего за пару часов на глазах Тианора перестало существовать целое поселение! Сотни душ преждевременно отправились в обитель к своему Богу.

И что теперь оставалось делать? Если Тианор не освободит пленных или не сдастся эльфам, то кто поможет ему? Кто раскроет тайны этих земель и поможет спастись? Может, в этих землях живут люди? Или кровожадные долговязые истребили и их? Стоит ли довериться воле случая, и отправиться, куда глаза глядят? Вдруг удача вернется к магу, и он встретит людей или других дружелюбных созданий? Но без знаний этих мест старый измученный человек точно погибнет от клыков зверя или стрелы эльфа. И Тианор не мог забыть свое обещание Шакраму. Оно грызло душу мага и не давало покоя. Он должен, должен помочь шаману! Даже несмотря на то, что Шакрам всего лишь жалкий гоблин. Это самый верный способ убраться из этих мест и не метаться от упреков души по ночам.

Карабкаться вверх по склону было нелегко. Тианор по-прежнему скрывался от посторонних глаз, перемещался медленно и ползком. Старый маг обогнул Урмуш и лагерь эльфов с востока, и, превозмогая отвращение, медленно приближался к тлеющей горе трупов. Многие тела еще не охватило пламя. Так и лежали они вперемешку, эльфийские с гоблинскими, неподвижными воплощениями смерти. Многие лица были перекошены и залиты кровью. У некоторых не хватало конечностей. Впервые маг наяву лицезрел неприкрытое уродство войны.

Тианор переборол себя. Зажимая нос одной рукой, другой он прятал под полами одежды все, что могло ему пригодиться. Через короткое время, морщась от отвращения, маг ползком отправился в свое первое укрытие. Боги, до чего он дошел! Никогда старик не мог даже вообразить, что станет мародерствовать!

Келмар – Старший колдун Артимара, взирал на опустевший Урмуш из-под нахмуренных бровей. Он только что подсчитал потери со своей стороны и кипел от негодования. Почти три десятка элитных воинов пали от рук этих вонючих зверьков! Герцог останется недоволен проведенным сражением. И этот франтоватый шаман не торопится раскрывать положение Марзоба. Он выпотрошит всех пленников, перевернет все Холмы Грез, но найдет треклятый город! Пусть придется разбить все Сферы Воздушного Зова, но Келмар выполнит приказ герцога. И тогда он станет Верховным колдуном Артимара! Но другой приказ доставлял Келмару еще больше беспокойства.

Неожиданно возле шатра Старшего колдуна появился охранник и вывел его из задумчивости:
– К Вашей милости пожаловал гость. Это – человек, – последние слова дались охраннику с трудом. – Мы задержали его, когда он поднимался по склону. Говорит, что накануне сбежал из Урмуша, и теперь просит нашей помощи.
– Быстро приведи его сюда. И возьми с собой еще нескольких воинов. Выполняй.
– Да, ваша милость. – Охранник стремительно исчез.

Келмар вздохнул от облегчения. Человек сам пожаловал к нему! Неужели приказ будет выполнен. Колдун уже не рассчитывал на это и готовил речь для объяснения столь досадного промаха.

Охранник вернулся. Следом за ним ковылял Тианор и еще несколько эльфов. Колдун шепнул несколько слов. От пальцев отделилось невидимое облачко и полетело в сторону человека. Отлично! Оно предупредит колдуна обо всех фокусах, что припас старик в рукаве. Сам Келмар уставился на гостя леденящим взглядом синих глаз и начал разговор:
– Приветствую тебя, странник. Кто ты?
– Я – Тианор Сандос, ваше высокородие. – Льдинки синих глаз впивались в старого мага и заставляли дрожать, словно вокруг бушевала лютая зима. Еще никогда он не чувствовал себя так неуютно при разговоре с эльфом.
– Можешь обращаться ко мне – Старший колдун Келмар. Расскажи, как ты попал в плен к этим убогим созданиям, – в голосе эльфа сквозило презрение к побежденным.

Тианор рассказал все, почти все. Только не упомянул, как лечил Рашуга, как пообещал Шакраму выполнить услугу, и что когда-то владел искусством магии. Мантия могла выдать его, но в мантию облачены и обычные ученые, что не владеют чародейским мастерством.
– Ваше высокородие, Старший колдун, могу ли я просить у вас помощи в познании тайн этих земель. Мне бы хотелось изыскать способ оставить их и вернуться домой, – закончил просьбой свой рассказ Тианор.
– Конечно, наш народ поможет тебе. К сожалению, я еще не достиг такой ступени в колдовском ремесле, и не смогу помочь тебе прямо здесь. Но вскоре сюда пожалует группа, которая с радостью проводит тебя до Артимара. Это наша столица. В ней тебе не угрожает опасность, почтенный Тианор. И там ты сможешь выведать у любого Верховного колдуна все, что пожелаешь.
– Благодарю Вас, Старший колдун. А когда прибудет эта группа? Кто в ней? И когда мы сможем отправиться в славный Артимар? – как всегда, старика переполняли вопросы, даже под леденящим душу взглядом.
– Через три дня, если мои осведомители точны. А сейчас, почтенный, тебя проводят в шатер. Там ты проведешь эти дни в качестве почетного гостя. – Келмар помолчал некоторое время. Следующая новость не понравится человеку. – В этих местах бродят гоблины, Тианор. И мне бы не хотелось, чтобы нашему гостю угрожала опасность. Поэтому я приставлю к тебе двух воинов для охраны.
– Вы очень любезны, Старший колдун, – ответил маг. Он понимал, что следить за ним будут в любом случае. Если отказаться от охраны, то это лишь навлечет подозрения.
– Я рад, что ты оценил мое гостеприимство, Тианор. Теперь отправляйся на отдых. Твои приключения были трудны. Охрана проводит тебя. – Льдинки больше не впивались в душу Тианора, руки перестали дрожать, и он понял, что аудиенция закончена. Келмар дал незаметный знак охранникам, и те повели старика к шатру. Незаметное легкое облачко по-прежнему парило над его головой.

Он вновь стал пленником. Только теперь у эльфов. Его не связали, и старик мог выходить из тюрьмы. Но за магом незаметными тенями всегда следовали два эльфийских воина. Одно подозрительное действие или попытка побега, и голова мага в тот же миг покатится вниз по склону холма, срубленная зачарованным клинком.

Недалеко от шатра Тианора в самой большой норе Урмуша сидел Шакрам и остатки его племени. Уже несколько раз его и других гоблинов водили на допрос к Келмару. Тианор видел их, когда прогуливался возле шатра. Шакрам тоже видел его, но даже взглядом не показал, что знает старика. Три дня. Всего три дня есть у мага, чтобы помочь маленькому народцу.

Пищу у эльфов подавали несравнимо лучше, чем у гоблинов. Живые гусеницы сменились на обжаренную дичь, а фрукты, казалось, собирали в райских садах. Только хороший аппетит не посещал Тианора. Старик безразлично смотрел на еду, отламывал пару кусочков, проглатывал и шел на прогулку. Во время таких прогулок старик оставался задумчив и, казалось, был погружен в себя. Однако ничего интересного не ускользало от внимательных глаз Тианора.

От лагеря эльфов хорошо была видна нора с пленниками. Старик рассмотрел и двух стражников у входа. Как и его охранники, стража пленников не отходила от своего поста ни на шаг. Они больше напоминали статуи, созданные неизвестным мастером для украшения входа. Но маг знал, что в любую секунду статуи превратятся в яростных воинов и низвергнут холодный стальной ливень на любого, кто попытается приблизиться к пленникам.

Раз в день пленных гоблинов кормили. Из лагеря приходил эльф с грязным мешком полным еды, больше годной для собак. Тогда одна из статуй у входа оживала. Стражник исполнял странный танец, забирал мешок и входил к пленным. Движения танца приковывали взгляд мага. Они были плавны и грациозны. Но ритм, ритм присущий любому танцу не ощущался. Тианор не отрывался от странного зрелища, он считал шаги стражника… и запоминал.

Вечером второго дня маг задержался на прогулке дольше обычного. Пленников опять провели на допрос, а после принесли еду. В это время Тианор валялся на травке, нежась под лучами заходящего солнца. Но его пытливые глаза отлично видели, что происходило в лагере эльфов и в Урмуше. Увиденное не нравилось старику. Гоблинов стало меньше. Вместо восьмерых на допрос вели уже четверых гоблинов. Связанные одной веревкой, они брели, опустив головы. Даже плечи Рашуга теперь сутулились, а спина согнулась, словно под тяжелой ношей. Шакрам стал больше походить на старого, несчастного гоблина, чем на мудрого шамана. Мудрость покинула его взор, и оставила там только безразличие и пустоту. Шаман готовился умереть.

Когда солнце коснулось вершин холмов, мага вызвали к Келмару. Старший колдун нервно прохаживался из стороны в сторону. Эльф постоянно тер подбородок, словно в хлопотах забыл с утра умыться. Но когда привели человека, колдун остановился. Его глаза вновь заискрились синими льдинками. Как ни в чем не бывало Келмар обратился к старику:
– Надеюсь, почтенный Тианор, тебе понравилось наше гостеприимство?
– У многих доводилось мне гостевать, ваше высокородие, но лучшего приема я не видел еще нигде.
– Хорошо. Завтра сюда прибывает отряд из Артимара. И как я и обещал, ты отправишься с ними. Но перед этим я хочу, чтобы ты принял маленький подарок.

Колдун достал из кармана золотую цепочку. На цепочке висел небольшой сапфир в узорчатой оправе. Как и глаза Келмара, драгоценный камень переливался то синими, то голубыми искорками. Тианор нерешительно уставился на цепочку. Его рука потянулась к чарующему синему камню, но замерла на полпути. Старик не ожидал столь дорогого подарка.
– Благодарю, Старший колдун, – Тианор не мог отвести взгляда от чарующего камня. – Но что я сделал, чтобы заслужить такую милость?
– В традициях нашего народа дарить гостям подарок, дорогой сердцам самих хозяев. Возьми этот камень, и помни о нашей встрече, Тианор. Возможно, и ты сможешь когда-нибудь подарить мне что-то дорогое твоему сердцу, – искорки в глаза Келмара засверкали еще сильнее. – А сейчас прощай. Отдохни хорошо этой ночью. Завтра тебе предстоит дальняя дорога.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Apr 23 2018, 04:54 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Nov 13 2005, 06:02 PM
|Цитировать


Group Icon



Глава 10
Крещение смертью


К своему шатру Тианор возвращался в глубоком смятении. Что за любопытный подарок сделал эльфийский колдун? И зачем? Действительно ли исполнял традицию своего народа? Или захотел выказать расположение к старику? А может красивый камень таит смертельную опасность? Сапфир – маленькая слезинка или льдинка, что кроется в тебе?

Но сейчас не время думать о камне. Пора приступать к выполнению задуманного. Еще один восход солнца, и его заберут отсюда, чтобы перевезти в Артимар. А там неизвестность, там вновь тюрьма, там столица жестоких эльфов, что не останавливаются перед кровью и убийствами. Маг не допустит этого. Пусть лучше смерть освободит его из плена.

Нет! Нельзя так думать. Нельзя звать ненасытную старуху. Сегодня ночью он вырвется на свободу и освободит гоблинов. И шаман, наконец, расскажет, что происходит в этом мире. Два прошедших дня не дали Тианору новых знаний. Ни Келмар, ни охрана не рассказали магу ничего. Проще разговорить рыбу, чем вытянуть хоть слово правды из эльфийского воина.

Тианор перетащил лежак на середину жилища, а сам уселся за ним на пол. Теперь если охранники полюбопытствуют и заглянут внутрь шатра, то не сразу поймут, чем занимается старик. Из-за пазухи начали появляться разные травы. Старый маг недаром два дня напролет грелся на солнышке – полянка перед шатром значительно поредела, а некоторые растения целиком перекочевали под мантию Тианора. Удача и здесь его не оставила – Щавелевая Кислянка росла всего в паре футов от шатра. Греть бока вдали от своей тюрьмы и искать нужную траву в другом месте было бы опасно и подозрительно.

Маг достал маленький нож и начал мелко-мелко нарезать кислую траву над лопухом, пальцами сдавливая зеленые стебельки. Сок щедро орошал широкий лист. Время от времени Тианор приподнимал лопух и аккуратно сливал накопившуюся жидкость в маленький пузырек. Когда тот наполнился до половины, старик вытащил щепотку красного порошка и смешал с соком. Как хорошо, что стрелка из гоблинского самострела нашла сердце одного из колдунов во время битвы, и Тианор смог обзавестись алхимическими реагентами. Содержимое в пузырьке забулькало и начало пузыриться. Маг заткнул его пробкой и взболтал. Первая часть плана прошла успешно.

Шла четвертая ночь пребывания Тианора вдали от дома, без любимого садика и книг, но он уже сбился со счета. Так много событий произошло с ним за несколько дней. Сейчас старый маг размышлял не об академических проблемах, привычные чародейские ребусы покинули его мысли. В голове Тианора крутился простой вопрос, от которого зависела его жизнь: насколько остер слух у эльфов, и услышит ли бдительная охрана подозрительные звуки.

Маг сидел на корточках у дальней стены шатра. В окружающей темноте тонкая эльфийская ткань была невидима, но его выручила память, ухватившая днем каждую деталь. Полы шатра крепились к земле длинными колышками. Вытащить их из земли он не смог бы даже в более молодые годы. А ткань шатра, что легонько колышется на ветру, прочна, словно сделана из гибкой стали. Но маг и не рассчитывал прорезать ее. Старик нащупал в темноте два колышка и аккуратно вылил на каждый по несколько капель заготовленной жидкости. Ткань вокруг колышков стала расходиться, и в ней образовались дыры. Кислота получилась прекрасная! Недаром Тианор слыл лучшим алхимиком в Академии. Тольо нужно быть осторожным и самому не задеть колышки, иначе плоть слезет с пальцев, словно кожура с переспевшего фрукта.

Ткань больше ничего не удерживало, и маг осторожно приподнял ее с земли. В лицо потянуло свежим ночным воздухом. Свобода! Старик ужом пролез под сводом шатра и скрылся в темноте. Двое эльфов у входа даже не шелохнулись, и теперь охраняли пустую клетку.

Тианор полз к месту, откуда наблюдал за боем между гоблинами и эльфами. Пьянящее чувство опасности и азарта охватило его. Кровь кипела, словно свет звезд и прохладный ночной воздух вернули молодость. Каждую минуту старика мог заметить зоркий глаз эльфа. Остроухие неплохо видели в темноте, но Тианор полностью доверился судьбе и не боялся, что его поймают. Укрытие из травы и веток приближалось с каждым движением. Ползти вниз по склону было несложно, а желание скорее сбежать отсюда гнало вперед.

Вот разбросанные охапки травы и примятые кусты, что надежно укрывали мага во время битвы. Отсюда он наблюдал за падением мирного и цветущего Урмуша. Здесь же он устроил надежный тайник. Тианор склонился над выдранными клочьями травы и порылся в них. Ага! Вот и скрещенные ветки. Старик достал из тайника серый эльфийский плащ, мягкие сапоги, три самострела и узкое зачарованное лезвие. Отлично! Теперь даже у него есть шанс против стражей пленников.

Урмуш напоминал заброшенный муравейник. Отверстия нор походили на провалы глазниц в сгнивших черепах. Вырванные зачарованные шесты валялись возле гоблинских жилищ. Эльфы даже не удосужились вытащить из них магические сферы. Над поселением стоял затхлый запах пролившейся крови. Тучи насекомых вились вокруг засохших пятен крови. Остатки пищи в жилищах привлекали их, и маленькие твари обитали теперь почти в каждой норе.

Однако стражей плененных гоблинов ничто не смущало. Казалось, что их изящные носы не улавливали мерзкого запаха. Зловещая аура смерти, что витала теперь здесь, не приводила их каменные души в трепет. Лишь блеск молодой луны в глазах эльфов давал понять, что неподвижные воины живы и опасны. Стражники смотрели в одну точку – в бесконечную тьму перед собой.

Эльфийский плащ и сапоги с трудом подошли Тианору. Хотя старик был худ и невысок, но плащ не доставал до земли, а сапоги немилосердно натирали пальцы ног. Эльфийское одеяние растворило его в темноте. Подобно призраку Тианор приближался к норе с пленниками. Ноги бесшумно касались травы, старик словно плыл над землей.

Маг нащупал заряженные самострелы под полами плаща – его единственный шанс против стражи. Тианор не любил убивать. Да что там говорить, ему никогда не приходилось этого делать! Только один раз по его вине умер нерадивый ученик, отравившись зельем… Сам виноват, недотепа! Но чтобы убить кого-нибудь намеренно… Для старика это было тяжелым испытанием. За последние дни его душа уже не уходила в пятки при первой же опасности. Но вонзить в чье-то сердце холодный клинок… Маг отогнал эти мысли прочь. Сейчас он был готов убить ради справедливости и спасения.

В пятидесяти футах перед стражниками что-то глухо упало на землю. Каменное выражение на лицах эльфов не изменилось, в раскосых глазах не появилось и тени удивления. Только один из них молнией сорвался с места и растворился в темноте. Другой не пошевелился и остался на посту. Маленькая стрелка-игла вонзилась в шею неподвижной фигуры. Эльф тихо осел на землю. Тонкие черты лица так и не выразили ни одной эмоции, лишь луна продолжала отражаться в глазах, словно в глади озера. В пяти футах позади мертвого стражника стоял Тианор и нервно вытаскивал другой заряженный самострел. Руки подрагивали. Он убил! Первый раз он намеренно лишил жизни!

Маг проделал старый фокус, известный даже ребенку. Но до чего тот оказался хорош! Брошенный камень отвлек одного стражника, а старик расправился со вторым. Теперь оставалось самое сложное – убить вернувшегося эльфа. Руки дрожали от возбуждения. Он никак не мог убрать разряженный самострел обратно под плащ. В сердцах сплюнув, маг бросил оружие прямо на землю и затаился в ожидании.

Вскоре из темноты выпорхнула тень – эльф возвращался на свой пост. Тианор не стал дожидаться, когда стражник заметит труп своего напарника. Раздался тихий щелчок, и маленькая стрелка понеслась в спину эльфу. Тот разобрал звук выстрела – после трюка с камнем он был настороже, и не попался в другую ловушку. Неуловимым движением воин ушел в сторону. Стрелка-игла пролетела рядом, но не задела стражника. Эльф бросился на звук выстрела. Блеснуло тонкое смертельное лезвие. Тианор понял, что промахнулся, и другого шанса теперь не представится. От волнения у мага на висках выступили крупные бисерины холодного пота, но руки уже сами доставали третий самострел.

Последняя стрелка тоже просвистела в пустоту. Эльф с легкостью увернулся от нее и теперь уверенно бежал в сторону мага. У Тианора оставалось последнее оружие – эльфийский клинок. Но разве сможет старик оказать достойное сопротивление опытному воину? После убийства и двух неудач руки мага дрожали и почти не слушались. Тианор отбросил бесполезный самострел и потянулся за клинком. На полпути рука запуталась в складках мантии. Эльф уже разглядел в темноте фигуру старика и поднял меч для удара, а маг все еще пытался нащупать рукоять. Тут что-то выпало из складок мантии и покатилось по земле. Среди ночи вспыхнул маленький огонек светящейся сферы.

Эльф отвлекся на свет и метнулся в его сторону. Маг, наконец, выхватил клинок и сделал неловкий выпад. Стражник понял, что за предмет катится по земле, и начал разворачиваться для атаки. Но зачарованная сталь вошла ему в спину. Парализующий холод начал разливаться по телу, а искра жизни навсегда покинула раскосые глаза.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Apr 4 2018, 07:29 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Nov 14 2005, 10:58 AM
|Цитировать


Group Icon



Глава 11
Освобождение


Тианор опустился возле убитого стражника и уставился в землю. Судьба вновь сохранила ему жизнь. Только по нелепой случайности он все еще продолжает вдыхать воздух этого мира. Для чего судьбе понадобился старый маг? Какую игру затеяла хозяйка всего сущего? К чему эти кровь и убийства? И самое главное, почему он в этих землях, вместо того, чтобы спокойно помешивать содержимое колб в своей лаборатории? Мыли о доме сменились воспоминанием о гоблинах, бредущих на допрос. Маг вновь увидел опустошенный взгляд Шакрама, сдавшегося судьбе в ожидании неминуемой смерти. Затем вспомнил сгорбленного Рашуга. Старик почувствовал прилив сил, сердце потребовало решительных и немедленных действий.

Волшебная сфера по-прежнему разгоняла мрак. Маг быстро подошел к ней, и огонек исчез в складках мантии. Еще не хватало, чтобы эльфы в лагере заметили подозрительный свет. Старик брезгливо покосился на клинок, что торчал из спины стражника. Вытаскивать его из мертвого тела Тианор не решился. Да и зачем, когда есть замена. Маг подобрал меч, что выпал из рук убитого эльфа, и сунул на место прежнего клинка. Затем он собрал брошенные самострелы, зарядил и убрал под плащ. Теперь предстояло разрешить загадку с танцами стражника.

Странный танец сразу внушил подозрения магу, наблюдавшему во время прогулок за норой с пленниками. Конечно, стражники были прекрасными воинами и мастерски знали свое дело. Но доверять охрану пленников только им дальновидные эльфы не решились бы. И Тианор видел, что произошло во время боя. Он помнил, как чародейство огромной силы разметало гоблинов, словно осенние листья. Неужели, обладая такой мощью, эльфы оставят тюрьму с пленниками без магической защиты? Старик не надеялся на это. Поэтому он внимательно присматривался к танцу стражника, когда пленникам приносили мешок с едой. Скорее всего, вокруг норы установлена волшебная ловушка. А танец эльфа – ключ к ней. Возможно, есть и другой ключ, более материальный. Например, артефакт, что воздействует своей силой на магические узлы ловушки. Такой ключ должен находиться у одного из стражников.

Обыск трупов ничего не дал. Ничего похожего на артефакт. Маг повторил осмотр тел еще раз. Теперь он ощупывал каждый дюйм одежды эльфов, но поиски вновь не принесли успеха. «Может, второго ключа просто нет», – мелькнула у старика мысль. Тут его взгляд скользнул по стражнику, из чьей спины торчал меч, и задержался на сапоге. Его каблук отличался от каблуков другого стражника. Маг присмотрелся внимательнее. В лунном свете что-то блеснуло. Тианор ощупал сапог – из каблука чуть выпирали металлические пластинки. На ощупь пластинки оказались теплыми, но что это был за металл, старик не стал разбираться. Вздох облегчения вырвался из груди. Как хорошо, что он не передумал искать ключ к загадке. Лежать бы ему сейчас рядом со стражниками. Может ловушка и не отправит сразу в царство смерти, но эльфийский лагерь точно поднимет на ноги.

Старик скинул обувь. Мозоли ныли, словно по ногам прошелся горный великан. Тианор размял пальцы и натянул сапоги со странными каблуками. В пятке сразу кольнуло, словно вонзилось несколько игл. Теперь предстояло разобраться с загадочным танцем и правильно подобрать первый ключ. Тогда магическая защита должна отвориться. Тианор оценил на глаз длину ног эльфа, с которого стянул обувь, затем взглянул на свои. Придется чуть сокращать шаг.

Вначале нужно найти место, где держал пост незадачливый стражник, и откуда начинался таинственный танец. Это оказалось несложно. Тианор хорошо запомнил клочок земли, где высилась неподвижная фигура эльфа. Теперь нужно исполнить сам танец. Вначале три шага вперед. Вся беда в том, что нужно сделать три эльфийских шага. Подстраиваясь под походку стражника, Тианор шагнул три раза. Старик остановился и прислушался к своим чувствам. Нет, не то. Ничего не происходит. В этом месте ничего нет. С пластинкой в каблуке должно что-то произойти, или он не потомственный маг. Тианор сдвинулся чуть вперед. Тоже ничего. Затем чуть назад. Каблук уперся во что-то твердое, а по телу стало разливаться тепло.

В сердце мага вспыхнул радостный огонек. Он близок к цели, а разгадка почти найдена. Тианор нагнулся к земле и потрогал пальцами предмет, в который уперся каблук. Так и есть – небольшой кристалл, чуть укрытый в земле. Касание к такому кристаллу создает маленький выплеск энергии, поэтому и возникает ощущение тепла. Правильная последовательность касаний к таким кристаллам создаст магический резонанс. Тогда энергии будет достаточно, чтобы приоткрыть на время магическую защиту. За это время старик должен спасти гоблинов.

Тианор продолжил танец. Конечно, со стороны он смотрелся потешно. Неловким движениям старого человека далеко до грации эльфа, но его цель – спасти пленников, а не красоваться под луной. Если ключ отыщется, то плевал он на всех эльфов этого мира. Пять шагов влево. Стоп. Ничего нет. Чуть-чуть вправо. Ага, есть! Следующий кристалл. Теперь три шага вперед. Стоп. Немного назад. Еще один! Память услужливо подсказывала каждое следующее движение, количество шагов, и ни разу не подвела хозяина.

Наконец, маг нашел последний кристалл. Танец закончился, и тут, словно луч солнца пронзил Тианора. Волна тепла всколыхнула и согрела каждую частичку тела, а затем стала уходить через каблуки в землю. Вскоре сапоги стали прохладными. Магическая защита временно спала. Проход к пленникам был открыт. Тианор так быстро заскочил в нору, что чуть не разбил голову об арку входа. Только два дня назад он тайком уползал из этого места, а сейчас вновь устраивает побег отсюда, но уже для целого отряда.

К гоблинам не шел сон. Снаружи доносились странные звуки, но пленники решили, что эльфы устроили какое-то шествие возле норы. Все зеленокожие были привязаны к стенам тонкой эльфийской веревкой, крепкой как сталь. Даже зачарованный клинок не возьмет ее. К тому же гоблины были связаны по рукам и ногам. Шакрам беспомощно опустил голову на грудь и тихо сидел возле стены. Рашуг напротив, яростно вращал глазами, и время от времени что-то бормотал. Порой от него доносился самый настоящий рык. Возле Рашуга сидели еще два гоблина. Они молча уставились на вход в нору. Как и у шамана, в их глазах застыла пустота и безысходность.

Тианор достал из мантии светящуюся сферу, и мягкий свет залил своды. Сфера вернулась в свой дом. Гоблины повернулись в сторону мага. В глазах Шакрама застыло изумление. Шаман перебитого племени не ожидал увидеть здесь бывшего пленника, при этом он не издал ни единого звука. Рашуг в предчувствии свободы еще оживленнее стал вращать глазами. Воин напряг руки в очередной попытке вырваться из пут, кулаки сжались, но веревка не поддалась. Другие гоблины молча смотрели на мага и ждали его дальнейших действий. Тианор поочередно подходил к каждому узнику и осторожно наносил зелье на связывающие путы. Веревка медленно расползалась и рвалась под действием кислоты. Вскоре все гоблины были свободны.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Apr 4 2018, 09:36 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Nov 15 2005, 12:35 PM
|Цитировать


Group Icon



Глава 12
Схватка в ночи


Маг не стал пускаться в долгие объяснения. В двух словах, почти шепотом, он поведал бывшим пленникам о том, что сделал ради спасения гоблинов. Всей группой они спешно направились к выходу. Нужно быстрее покинуть Урмуш, пока эльфы не заметили побега и не снарядили погоню. Гоблины вылези из норы под мягкий лунный свет. После двух дней заточения они словно ожили, едва оказались на свободе. В глазах вновь появились жизнерадостные искорки. Беглецы обшарили трупы стражников и забрали найденное оружие. Рашуг вырвал меч из мертвого эльфа. Маг отдал пару самострелов другим гоблинам.

Вооружившись, вся группа быстрым шагом направилась вниз по склону холма. До первых лучей солнца они должны укрыться среди бесчисленных Холмов Грез. Иначе быстроногие эльфы нагонят их в два счета. Тогда даже сам Бог гоблинов не сможет поручиться за их жизни.

Вскоре отряд беглецов удалился на достаточное расстояние от лагеря эльфов. Все по-прежнему молчали, каждый размышлял о своем. Необъяснимое радостное чувство трепетало в груди мага. Он сумел это сделать! Шакрам и Рашуг избежали смерти и вырвались из плена! Теперь маг гадал, куда отряд двинется дальше. Дальше подножия холма он полагался на гоблинов. Тианор рассчитывал, что новые друзья приведут его в безопасное место, а затем своими знаниями помогут выбраться из этого мира.

Шаман брел, понурив голову. Радость, что мелькнула на миг при спасении, полностью исчезла из взора Шакрама, сменившись безжизненной пустотой. Гоблин словно по-прежнему сидел связанным в злополучной норе, но старик знал, что шамана гнетет тяжкий груз. Всего два дня прошло с гибели Урмуша. Всего два дня назад все его племя полегло от рук эльфов. Тела соплеменников сожжены и развеяны по ветру. Мирное поселение опустело. Впереди его ждали лишь опасная дорога, война с эльфами и туман неизвестности.

Через час гоблины и человек остановились у подножия холма. Перед ними вилась знакомая тропка. Путники молча смотрели на нее. Маг ждал, когда Шакрам предложит, куда будет пролегать их дальнейший путь, но шаман молча смотрел в землю. Лишь его губы беззвучно двигались, словно он обращался к самому себе. Вдруг Шакрам вскинул голову. Пустота в глазах сменилась неистовым пламенем ярости:
– Долговязые! – Закричал он. – К бою, мои братья!

Только теперь маг заметил, как от ближайших кустов отделились две тени. Через мгновение они уже оказались рядом с путниками. В правой руке неведомые противники сжимали знакомые клинки с узким лезвием. С левой руки у каждого свисало что-то большое и бесформенное. Тусклый ночной свет не позволял разглядеть детали. Тени двигались грациозной танцующей походкой, и Тианор признал в них эльфов. Когда тени оказались ближе, маг разглядел их лучше. Охранники, что день и ночь несли караул у его шатра, обнаружили пропажу и пустились в погоню. Как они, должно быть, удивились, когда нашли шатер пустым. Но они выполнили свой долг перед Келмаром и догнали ускользнувшего пленника. Нет. Маг не вернется в эльфийский лагерь. Защищая свою последнюю надежду, он погибнет здесь, вместе с гоблинами. Самострел словно сам прыгнул в руки мага. Старик выбрал мишень и начал уверенно прицеливаться. Руки больше не дрожали. Тианор был готов к бою.

Гоблины не собирались даром отдавать свои жизни и приготовились к защите. Они сгрудились возле мага и образовали некое подобие строя. Впереди Рашуг и еще один гоблин прикрывали клинками стрелков и шамана. Он уверенно сжимал эльфийский меч в двух руках и яростно шептал проклятия. Гоблин-великан не собирался вновь попадать в плен. С гортанным криком дикого зверя он бросился на ближайшую тень. Раздался мелодичный звон – меч Рашуга встретился в воздухе с клинком остроухого воина. Гоблин смерил эльфа презрительным взглядом и ногой ударил по колену противника. Но противник оказался проворнее. Неуловимой тенью эльф скользнул в сторону и ударил в гоблина-великана рукояткой меча в висок. Ноги Рашуга подкосились, и он начал оседать на землю.

Другой гоблин с мечом не дремал и ринулся прикрыть оглушенного Рашуга, пока к тому не вернутся чувства. Вновь скрестилась эльфийская сталь. Гоблин с трудом отвел мастерски проведенный выпад и готовился контратаковать. В этот момент сбоку вынырнула другая тень. Стремительный, едва различимый удар, и голова гоблина покатилась по траве.

Маг с парой гоблинов-стрелков всматривались в темноту и искали мишени для самострелов. Тианор разрядил оружие в ближайшего эльфа, который только что свалил с ног Рашуга. Но стрелка-игла пронеслась рядом с намеченной жертвой. Старик прошептал проклятие и начал перезаряжать самострел. В это время гоблин увидел смерть, настигшую товарища, и завизжал тонким голоском. В визге маленького воина маг услышал не испуг, а негодование и боль утраты. Раздался щелчок выстрела, но узкий клинок встретил стрелку в воздухе. Гоблин бросил бесполезный самострел на землю и в исступлении бросился на убийцу товарища. В руках маленького воина сверкнул кинжал.

Эльф не ожидал столь такой прыти от гоблина. Зачарованная сталь слишком поздно метнулась навстречу. Маленький воин в ярости оказался немного быстрее и успел вонзить кинжал в бедро врага. Тот издал тихий стон, но победить его было не так просто. Эльф дернулся, и клинок вышел из раны. Тут же закапала кровь. Бывший охранник не обращал на нее внимания – его взгляд внимательно следил только за оружием в руках противника.

Гоблин от гнева потерял самообладание. Успешная атака только добавила ему безрассудства. Сломя голову он кидался на врага, но кинжал лишь впустую рассекал воздух. Ненавистная тень всякий раз ловко уклонялась в сторону. И вот, гоблину показалось, что следующий удар достигнет цели. Кинжал несся точно в живот противника. Эльф не двигался, словно смирился с судьбой. Но тут запястье маленького воина обожгло дикой болью. Казалось, боль накрыла собой весь мир и осталась в нем одна. В глазах гоблина помутилось, а из горла невольно вырвался крик. Ноги подкосились. Все поплыло перед глазами, но гоблин еще сумел разобрать блеск кинжала, лежащего на земле, и свою отрубленную руку.

Шакрам отстраненно наблюдал за ночным боем. Казалось, что шаман впал в беспамятство и смерть сородичей ему безразлична. Но его губы что-то шептали. Разум гоблина находился сейчас в другом месте. Шаман просил силы. Силы, чтобы спастись самому и спасти своих товарищей. Силы, чтобы отомстить проклятым эльфам. И его зов был услышан. Под ногами эльфов вдруг разверзлась земля. Из темных провалов вырвался обжигающий пар. Раненого в бедро эльфа сбило с ног горячей волной. Он не мог подняться и теперь безвольно лежал, изредка издавая стоны. Второй охранник успел отпрыгнуть от раскаленной струи в сторону и змеей скользнул в сторону шамана. Шакрам не видел подступающей угрозы. Он склонился над искалеченным и истекающим кровью гоблином. Шаман бережно приподнял окровавленную культю и стал нашептывать слова заговора, чтобы остановить кровь.

Тианор видел, что Шакраму грозит опасность. Он уже зарядил самострел и целился эльфу в голову. Казалось, что охранник не замечает старика. Но тут левая рука эльфа взметнулась вверх. Маг, наконец, смог разобрать, что за темный предмет свисал с руки его бывшего надзирателя. Сеть. Сеть для ловли крупных животных. И сейчас эта сеть летела прямо к старику. Тианор вздрогнул от неожиданности, раздался щелчок выстрела, и стрелка-игла вновь ушла в сторону. Маг почувствовал, как тонкие веревки обхватили его лицо и руки, словно змеями обвились вокруг мантии и плаща. Он инстинктивно дернулся в сторону. Веревки лишь сильнее затянули его в свои объятья. Маг попытался разорвать сеть, но эльфийскую веревку могла взять только кислота, укрытая в мантии. Дотянуться до нее сейчас было невозможно. В отчаянии старик что есть сил начал рваться из пут и грызть веревки зубами. Хотя разумом понимал, что любые потуги тщетны.

Шаман почувствовал тяжелый удар по голове и повалился на землю. Уже падая, Шакрам прошептал последние слова заговора. В голове гоблина мелькнула радостная мысль – он успел остановить кровь из культи соплеменника, и тот не умрет. Еще, совсем рядом он услышал громкий рык, словно дикий зверь прибежал сюда на охоту из самих Туманных Лесов. Затем сознание уплыло в черноту, и Шакрам провалился в беспамятство.

Маг прекратил тщетные попытки и перестал биться в паутине эльфийских веревок, словно изловленная в силки птица. Тианор попытался добраться до кислоты скрытой в складках мантии. Но руки уже не опускались ниже подбородка. Сеть надежно сковывала все движения. И тут взор старика приковала сцена, что разворачивалась перед ним.

Рашуг медленно поднимался на ноги. Но что это с ним? Вместо того, чтобы броситься на эльфа, гоблин поднял голову и приковал взгляд к Луне. В блеклом ночном свете Тианор все-таки смог разобрать, как глаза Рашуга начали наливаться кровью. Неожиданно вожак-гоблинов испустил леденящий кровь вой. Зеленокожий воин смотрел на луну и заунывно выл, словно вымаливал у ночного светила силы. Единственный клык Рашуга стал длиннее и теперь выпирал на несколько дюймов изо рта. Зубы заострились, а на гладких щеках появилась щетина. Тело гоблина стремительно менялось.

Протяжный вой заставил эльфа резко повернуться. Зоркий взгляд искал новую опасность. Едва он увидел Рашуга, как бросился ему навстречу. Левая рука эльфа на мгновение опустилась под плащ и тут же вернулась. Пальцы сжимали дротик с парализующим ядом. Быстрый едва заметный взмах, и дротик полетел в сердце жертвы.

Оборотень повернулся к эльфу и зарычал. С единственного клыка стекала слюна. Дротик достиг цели и поразил гоблина в грудь. Но Рашуг даже не заметил его. Кожа гоблина затвердела, обращаясь в звериную шкуру. Маленькая игла не смогла даже оцарапать ее. Рашуг прыгнул к врагу. Его жертва была быстра, очень быстра. Но обращенный в зверя гоблин стал еще быстрее. Эльф метнулся сторону, но вожак гоблинов ухватил его за ногу. Клык вонзился в голень, а руки прочертили глубокие борозды на бедре. Из ран эльфа тонкими ручейками потекла кровь. Только сейчас Тианор заметил блеснувшие в темноте когти.

Эльф занес для удара клинок. Зачарованная сталь могла пробить шкуру оборотня. Но длинноухий воин опять опоздал. Пасть полугоблина-полузверя сомкнулась на руке с мечом. Острые зубы впились в беззащитную плоть. Эльф застонал и выронил меч, но еще не собирался сдаваться оборотню. Свободной рукой и окровавленными ногами воин оттолкнул от себя Рашуга и откатился в сторону. Оборотень яростно взвыл и прыгнул на жертву. Эльф повалился на землю, отчаянно пытаясь скинуть противника. Он почувствовал, как клык оборотня вонзился в шею, а когти стали раздирать грудь. Раздался последний тихий вскрик, и эльф затих под ударами Рашуга.

Рашуг не остановился после смерти врага. Животная ярость овладела всем естеством гоблина. Дикий зверь покорил слабую гоблинскую личину. Оборотень продолжал раздирать когтями грудь жертвы и рвать зубами шею. Затем он прыгнул на эльфа, обожженного колдовством Шакрама, и принялся разрывать его на части. Только когда бездыханные тела превратились в бесформенные массы плоти, Рашуг успокоился. Он спрыгнул с мертвого эльфа и вновь уставился на Луну. Ночную тишину снова прорезали звуки заунывного воя.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Apr 6 2018, 01:28 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Nov 17 2005, 05:56 PM
|Цитировать


Group Icon



Глава 13
Холмы Грёз


Тианор с ужасом наблюдал за кровавой расправой. Оказалось, что он тревожился не напрасно, когда исцелил Рашуга от яда. Да, тогда жизнь гоблина была спасена, но какой дорогой ценой! Добродушный гоблин–великан, что лишь изредка покрикивал на своих маленьких бойцов, превратился в кровожадного зверя. И теперь им всем угрожает опасность. Возможно, одной жуткой ночью, путники будут растерзаны полузверем-полугоблином также как и эльфы. Да, сейчас Рашуг спас их от смерти, но что с ним будет дальше? Подчинит ли зверь душу гоблина себе? Обратится ли однажды храбрый зеленокожий воин против друзей?

Заунывный вой прекратился. Глаза оборотня сузились, кожа потеряла звериную прочность, зубы и клык вернулись к привычным размерам. Рашуг вновь превратился в гоблина-великана. Только в глазах застыла печаль. Он прекрасно помнил, что произошло. Гоблинская личина оставалась внутри, когда зверь овладел разумом. Но в отличие от мага, зеленокожий воин не понимал, из-за чего это произошло. Может, Бог гоблинов решил покарать эльфов и превратил его в зверя, а может, проклятье поразило Рашуга за неведомый проступок?

Но печаль быстро оставила Рашуга. Его взгляд наткнулся на бесчувственного шамана. Воин склонился над Шакрамом, и приложил ухо к груди. Сердце билось. Гоблин–великан потрепал шамана за плечо. Тот не приходил в сознание. От несколько сильных пощечин голова шамана безвольно запрокинулась, Шакрам застонал и открыл глаза. Затылок до сих пор болел и в голове стоял шум после удара эльфа, но медлить было нельзя.

Шаман поднялся и сразу принялся осматривать лишенного кисти соплеменника. Культя не кровоточила. Сам гоблин по–прежнему лежал в беспамятстве, и временами тихо стонал. Шакрам потрогал лоб раненого и немного успокоился – гоблин выживет. Теперь нужно быстрее убираться из этого места. Вскоре звезды покинут небосвод, а эльфы хватятся пленников и снарядят настоящую погоню. Новую схватку беглецы выдержат, только если все Боги этого мира вступятся за них.

Взгляд шамана упал на тела эльфов и поверг его в шок:
– Премудрый Молуш! Что произошло с ними? – тут же вырвалось у Шакрама. – Какие силы смогли так изуродовать плоть?
– Это Рашуг и… я виноваты в содеянном, – сознался маг.

От последних слов старика глаза Рашуга загорелись, гоблин с интересом посмотрел на Тианора. Зеленокожий воин очень хотел узнать, что с ним произошло, и внимательно прислушался к разговору. Шакрам продолжал спрашивать:
– Кажется, я начинаю понимать, что случилось. Ответь Тианор, это произошло на Ясной Равнине, когда ты спас Рашуга?

Маг вновь утонул в глубине глаз шамана, как при первом знакомстве. У Тианора опять появилось чувство, что взгляд Шакрама проникает через глаза в самое сердце. Лгать было невозможно:
– Да, достойнейший. Чтобы уберечь душу Рашуга я дал ему выпить отвара Волчьего Клыка… – едва маг произнес название корня, как мордочка шамана скривилась в ужасе.
– Да проклянут тот час Боги! Теперь Рашуг обречен ходить со зверем в сердце!
– А как же колдовство? Неужели шаманы твоего народа не смогут избавить от яда и извлечь сок проклятого корня? Неужели ваш Бог настолько слаб и жаден, что не одарит вас силами для этого?
– Не богохульствуй, маг! – решительно прервал старика Шакрам. – Ни один шаман гоблинского народа не сможет теперь изгнать зверя из сердца Рашуга. Особенно я, – плечи гоблина поникли, а голос сделался тише. – Я слабею, Тианор… С каждой смертью в племени мои силы убывают. Теперь от Урмуша остались только проклятый оборотень, да безрукий гоблин. Как только вечная тьма настигнет последнего, Молуш бросит мою душу в Ущелье Проклятых. Тогда племя Урмуш перестанет существовать навсегда! – Шаман задумался. Через некоторое время ему пришла светлая мысль. Мордочка гоблина разгладилась, глаза загорелись. – Очищающий Источник! Надежда есть! Рашуг, сколько дней прошло, когда маг исцелил тебя?
– Три. Моя помнить хорошо! – последовал уверенный ответ.
– Нам нужно поспешить. Мы очистим твою душу, Рашуг!

Старик понял, что сеть до сих пор держит его в плену:
– Достойнейший, не мог бы ты освободить меня, прежде чем двигаться дальше?
Шакрам подошел к опутанному магу, наклонился и потрогал веревки:
– Сеть эльфов зачарована, а я пока слаб для колдовства. Не осталось ли у тебя чудесного средства?

Маг рассказал про кислоту, спрятанную в мантии. Шаман вытащил пызурек и смазал веревки. Те сразу стали расползаться и порвались. Тианор освободился от крепких объятий сети и начал изучать место схватки. Когда он перешел к останкам эльфов, его прервал Шакрам:
– Тианор, нам пора продолжить путь. Долговязые могут нагрянуть сюда в любой миг. Если хочешь спастись, следуй с нами. Наши враги теперь не пощадят тебя.
– Ты откроешь мне тайны этих земель, когда мы спасемся, Шакрам?
– Да. Я считаю, что ты выполнил свою часть обещания. Иначе нас умертвили бы завтра в плену, и племя Урмуш перестало бы существовать. Идем же. Нам предстоит долгий путь. Рашуг, неси Голара. Я сменю тебя, – шаман отвернулся от места схватки и решительно направился к тропе. Рашуг взвалил раненого гоблина на плечи, и вся группа направилась вдоль холмов.

Когда первые лучи солнца осветили растерзанных эльфов, путники все еще шагали по тропе и не спешили сходить с нее. Тианор уже начал волноваться, но Рашуг объяснил ему, что по холмам с обузой на плечах отряд далеко не уйдет. Быстрые эльфы успеют прочесать все склоны в округе и найдут беглецов. Тропа была единственной надеждой. По ней передвигаться быстрее и вскоре они смогут затеряться среди Холмов Грез.

В утреннем свете холмы выглядели не хуже, чем при заходящем солнце. Легкая дымка одернула зеленые склоны, нежной периной накрыла застывший хоровод цветов и трав. В свежем воздухе разливалось пение птиц. Легкий ветерок приятно ласкал усталые лица путников. На листиках зелени возле тропы Тианор смог разглядеть капельки росы. Казалось, зеленые обитатели холмов умывались или плакали от радости, встречая теплые лучи солнца. Умиление захватило сердце старика при взгляде на эту картину. Но эльфы, кровожадный народ этого мира не давали забыть о себе ни на мгновение. Нужно продолжать путь. Маг вздохнул и пустился догонять гоблинов.

Шакрам шел, прикрыв глаза и шепча слова заклятия. Колдовской взор шамана оставил тело и поднялся над холмами. Гоблин искал погоню, эльфы уже должны ее снарядить. Он видел, как на тропу впереди выскочил кролик, шевельнул ушами и скрылся в траве. Видел, как цветы на холмах раскрыли свои бутоны навстречу лучам солнца. Но погони его взор не нашел. То ли эльфы еще не обнаружили пропажу пленных и охраны, то ли погоня двигалась недостаточно быстро.

Через час Рашуг окончательно вымотался тащить Голара на плечах. Маг с шаманом помогали ему, но их сил надолго не хватало. Путники доковыляли до очередной долины среди холмов и стали углубляться в нее. Когда тропа осталась далеко за спиной, Рашуг бережно опустил ношу на землю и обессилено растянулся на траве. Тианор и Шакрам устроились рядом. Пришло время привала. Маг вытащил несколько эльфийских фруктов, что предусмотрительно припас накануне побега, и раздал их гоблинам. Путники с удовольствием позавтракали. Тианор принялся с интересом осматривать растения вокруг. На плодородных холмах росло множество съедобных трав. Голод им не грозил. Маг пополнил запас съедобных корней и вновь присел рядом с гоблинами.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Apr 6 2018, 02:57 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Nov 18 2005, 05:23 PM
|Цитировать


Group Icon



Глава 14
Тайна Марзоба


Никто в группе не смыкал глаз целые сутки. После кровавых событий ночи сон не шел, поэтому путники стали обсуждать произошедшее. Маг рассказал в подробностях как сбежал от гоблинов, как долговязые внезапно напали на Урмуш, и как он наблюдал за битвой из укрытия. Затем рассказал, как пришла мысль сдаться на милость эльфов, чтобы спасти пленников.

Гоблины с интересом выслушали старика, но сами не проронили ни звука. Во взгляде Шакрама вновь появилась печаль и пустота. Рашуг тоже понурил голову. Гоблины в мелких деталях помнили день гибели племени. Они помнили склон Урмуша. Помнили, как зеленый склон был усеян телами собратьев. Перед глазами проносились картины жестокой расправы над жителями, а сердца вновь наполнились горечью поражения и плена. Тианор понимал настроение гоблинов, но ему не терпелось поскорей узнать о здешнем мире, и любопытство взяло вверх. Маг попытался успокоить шамана, и, наконец, задать вопросы, что вертелись в голове вот уже четыре дня:
– Шакрам, твои глаза печальны. Я понимаю и переживаю с тобой об утрате. Долговязые заслуживают смерти бешеных псов! – Тианор сделал паузу, наблюдая за шаманом. – Но куда лежит наш путь, достойнейший?
– Наш путь лежит в Марзоб, Тианор. Это самое многочисленное племя гоблинов и наша столица. Только там мы сможем укрыться и спастись от погони долговязых. Только там мы сможет поднять армию и отомстить за мое племя, – в голосе гоблина зазвучали яростные нотки – Тысячу лет стоял Урмуш! Тысячу лет цвели его склоны! Тысячу лет мое племя счастливо жило в Урмуше! И все разрушено в одночасье! Долговязые поплатятся за это!
– И моя мстить! – Рашуг закипел от злости. – Моя убивать каждого долговязого!
– Долго ли нам добираться до Марзоба? В каких местах он расположен? – старика больше всего интересовало, какие тяготы их ожидают в пути.
– Наш путь не далек, но опасен. Мы редко отправляемся в подобное странствие, – Шакрам задумался, словно вспоминал дорогу до Марзоба. – Вначале мы оставим за собой Холмы Грез. За ними раскинется бесконечный Хребет Восхода. Там, в одном тайном ущелье спрятан Марзоб, – шаман вновь погрузился в размышления. – Но мы не сможем попасть в него обычным путем. Долговязые больше нас хотят попасть в этот город. Они не пронзили нас клинками во время битвы только чтобы выпытать путь до Марзоба. Цель всей войны – этот великий город. Я расскажу тебе историю наших народов, Тианор. Тогда ты поймешь, из-за чего затеяна война.

Шакрам перевел дух, взглянул на Рашуга, словно искал поддержки, и начал рассказ:
– Долговязые – мирный, но самолюбивый народ. Они всегда презирали гоблинов, но никогда не помышляли о войне. Их города таинственными зелеными островами простирались через леса и равнины. Однажды пришли два брата, два Бога – Молуш Мудрый и Гваэнор Гордый. Эти земли они нарекли – Девлон. Гваэнор Гордый возглавил самовлюбленных долговязых, а Молуш Мудрый стал нашим покровителем. Они были братьями, и не давали распрям случаться между нашими народами.

Взгляд Шакрама больше не проникал в душу Тианора. Сейчас он устремился в бесконечную даль горизонта. Шаман погрузился в себя. В памяти всплывали древние летописи, перед его взором разворачивались величественные картины прошлого:
– Гваэнор одарил свой народ огромной силой и великими артефактами. Полученной мощью колдуны долговязых могли испепелить весь мир в считанные мгновения. Вокруг бывших лесных городов воздвигались крепости и высокие стены. Леса долговязых редели и исчезали. Их место занимали белые башни и каменные дома. Однажды долговязые возгордились своей мощью и величием. Их мирный нрав сменился яростью захватчиков. В землях, что окружали их города, долговязые покорили и уничтожили другие народы, но нападать на наш народ не решались. Гваэнор сурово покарал бы их за это. Долговязые страшились гнева своего покровителя, и уже не могли жить без его мощи.

Так и текла жизнь в Девлоне несколько тысячелетий. Долговязые возводили все новые башни и крепости, а наш народ презирали и старались не замечать. Гоблины тихо процветали под мудрым правлением Молуша. Он научил наш народ ремеслу, военному искусству и чародейству. Мы узнали, как выращивать дивные сады и растения, как приручать диких животных. Нам открылись многие тайны мироздания. Мудрость великого Бога постепенно переходила к нашему народу.

Однажды на Золотистых Лугах Молуш возвел прекрасный Вечнозеленый Город. На бескрайних просторах он взрастил неведомые растения. Деревья по его воле сплелись пышными кронами в причудливый узор. Так образовался купол города. Травы и цветы расстелились мягким ковром. Отныне гоблины жили в неувядающей зелени. Гигантские деревья служили нашему племени домами, а растения – постелью и пищей. Но ненадолго укрылись мы под сводами Вечнозеленого Города.

В скором времени Гваэнор пожаловал к брату в гости. Когда он узрел красоту Вечнозеленого Города, его сердце наполнилось завистью. Гордый Бог тоже захотел сотворить город, запечатлеть в нем свою мысль и мощь. И Гваэнор создал Артимар – неприступную столицу эльфов. Но его сердце чувствовало, что нет покоя и умиротворения в Артимаре. Чувствовало, что не поет душа среди прочных стен и высоких башен, как под зелеными сводами города Молуша. И зажглось сердце Гваэнора обидой к брату. От гнева гордого Бога заходила ходуном земля под Вечнозеленым Городом. И низверглись под своды земли невиданные деревья. Разъяренная твердь поглотила дивную зелень трав и цветов, каждого жителя Вечнозеленого Города, каждое живое существо. Так появилась Пустошь Гнева.

Шакрам прервал рассказ. Урмуш – поселение шамана постигла схожая участь два дня назад. В его глазах томилась печаль, но он набрался сил и продолжил:
– Немногие из моего народа выжили в тот день. В страхе бежали они на север, и нашли убежище среди неисчислимых пиков Хребта Восхода. Когда Молуш не нашел цветущего города, но увидел лишь разоренную пустошь, его сердце зажглось гневом. И решил он покарать брата, который в зависти разрушил прекрасное творение и умертвил множество гоблинов. Разгневанный Молуш пришел в Артимар. И состоялся между братьями жестокий поединок. Молуш поверг брата на землю, сорвал с городских ворот золотую цепь и связал Гваэнора. Затем взвалил связанного Бога на плечи и отправился к своему народу. Там, в тайном ущелье Хребта Восхода Молуш возвел новый город и назвал его Марзоб. В Главном Храме нового города он приковал к столбу своего брата. Гваэнор Гордый теперь служил воплощением могущества Молуша.

После победы над братом Молуш Мудрый недолго правил нашим народом. Одним утром он собрал каждого гоблина и молвил, что научил наш народ всему. Отныне гоблины больше не нуждаются в покровительстве Бога. Он разделил наш народ на племена. Каждое племя должно было воплощать мудрость Молуша в Девлоне. Каждого шамана племени Молуш наделил силой и посвятил в тайны природы. Теперь они могли повелевать стихиями и укрывать племя от глаз врагов. Но если шаман не убережет соплеменников, то сила становилась проклятьем, а посвященный – проклятым. Затем Молуш молвил, что его дух будет вечно пребывать в этих землях. И не иссякнет его сила в Девлоне, пока стоит Главный Храм. В этом священном месте Бог оставлял нам частичку себя и плененного брата. После этого Молуш исчез, и вот уже несколько тысячелетий его не видели. Однако часть силы Бога осталась с нами. И с нами его мудрость.

Но долговязые не могли жить без своего Бога. Они требовали освободить Гваэнора, угрожали, что пойдут войной на Марзоб. Некоторые гоблины испугались мощи долговязых и решили отпустить плененного Бога. Но вожди племен не дали этому свершиться. Безумцев остановили и изгнали, лишив памяти о Марзобе.

И тогда долговязые начали войну с нашим народом. Хотя они были лишены помощи Бога, Гваэнор оставил им могущественные артефакты. Ты видел их силу во время битвы, Тианор. Сферы Воздушного Зова не дали избежать нам плена. Теперь долговязые выслеживают и ловят гоблинов по всему Девлону. Пытками хотят они выяснить у пленников, где спрятан Гваэнор, а после, жестоко расправляются с пойманными гоблинами. Но и по сей день, долговязые не ведают, где золотой цепью прикован к столбу их Бог.

Шаман замолчал. Завеса таинственности этого мира наконец-то раскрыла Тианору несколько загадок. В рассказе Шакрама маг нашел ответы на многие вопросы. Но это не его мир! Не его война! Он помог гоблинам спастись. И теперь хочет только вновь обрести свое мастерство и сбежать прочь из Девлона! А война? Что же, если гоблины победят в ней, то Тианор будет рад. Но участвовать в ней он не собирался. Лишь только одна маленькая неувязка смущала старого мага:
– Шакрам, ты говорил, что Молуш наделил каждого шамана племени силой и дал способность укрываться от глаз любых врагов? – спросил Тианор.
– Да.
– Может, ты нарушал заветы Молуша?
– Нет. Я всегда следую его пути.
– Как тогда долговязые сумели отыскать Урмуш среди Холмов Грез?
– На этот вопрос я сам не ведаю ответа, – тихо ответил и шаман и опечаленно потупил взор.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Apr 23 2018, 04:57 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
maxemius
Отправлено: Nov 20 2005, 06:59 AM
|Цитировать


Group Icon



Глава 15
Изгнанные


Стараниями шамана Голар пришел в чувство. Мордочка гоблина еще носила отпечаток слабости, и он пока не мог передвигаться сам, но силы постепенно возврашались. Культя перестала ныть и причинять беспокойство. С момента ночной схватки гоблин не произнес ни слова, он лишь молча смотрел на сменяющиеся вокруг пейзажи. Кровь той стычки с долговязыми унесла жизнерадостный блеск из маленьких глаз. В первый день побега все по очереди тащили Голара на плечах. На второй день пути изувеченный гоблин смог двигаться, облокотившись на чье-нибудь плечо. Хотя временами ослабевшие ноги подкашивались, и гоблин бессильно опускался в траву.

Путники оставили лагерь эльфов далеко позади. Шакрам несколько раз пытался обнаружить погоню, но колдовское зрение не находило ни малейшего признака долговязых. С каждым разом чары поиска давались все сложнее. Уничтоженное племя неминуемой карой угрожало силе шамана. Только две души – Рашуг и Голар – отделяли Шакрама от проклятия. Только две души давали ему силу для сотворения чар. Шаман смирился с неизбежностью, он уже приготовился принять заслуженную кару, если погибнут последние гоблины из племени Урмуш.

Призрак нависшей погони постепенно исчез. Страхи, что кровавая схватка повторится, растворились в лучах солнца. Холмы сменяли друг друга. Тианор потерял им счет и всецело положился на знания и чутье гоблинов. Теперь основным желанием старика было быстрее добраться до Марзоба. Смогут ли тамошние шаманы помочь магу выбраться из Девлона? Вернется ли к нему магическое искусство? Тианор не знал этого, у него осталась только надежда. Иначе ясное небо этого мира станет его вечным спутником. И одна мелочь до сих пор вызывала недоумение у старика: как эльфы сумели обнаружить Урмуш? Не разорят ли длинноухие воины и столицу, подобно цветущему поселению в Холмах Грез? Не встретит ли Марзоб путников засохшими пятнами крови и разрушенными жилищами? Внезапно мага словно окунуло в ледяную прорубь: камень! Камень, что подарил Келмар! Вот откуда могут прийти несчастья! Тианор, забыв про свой почтенный возраст, бросился вприпрыжку догонять Шакрама.
– Достойнейший, обожди! – крикнул старик на ходу. – Постой! Сомненья терзают мою душу. Смотри, Келмар подарил мне вот это, – маг снял с шеи украшение и показал Шакраму. – Нет ли в нем магии? Не следят ли через него долговязые?
– Любопытный камень, но колдовства я в нем не чувствую, – Шакрам взял сапфир в руку и поднес к глазам. – Дай его мне, Тианор, я посмотрю поближе.

Маг с неохотой передал цепочку шаману. Гоблин сжал камень в ладонях. Глаза Шакрама закрылись, голова наклонилась вниз. Руки шамана подрагивали, губы шептали слова колдовства. Внезапно гоблина открыл глаза.
– Это самый обычный камень, Тианор. Носи его спокойно, – прозвучал уверенный ответ.
– Но зачем Келмар подарил такую драгоценность? – недоверчиво спросил маг.
– Мысли врагов мне неведомы. Пожалуй, долговязый не лгал тебе и выполнял традицию своего народа.
– Может, я выброшу камень? Так будет верней, – старик не хотел расставаться с сапфиром, но подвергать опасности друзей не решался.
– Не тревожься, Тианор. И не брезгуй дарами от чистого сердца, даже если это дары врага. Оставь камень себе. Силы Молуша не нашли в нем чар. Верь им. – На этом разговор закончился. Тианор доверился колдовству шамана, и сапфир остался болтаться под мантией.

Рашуг шел позади группы. Одной рукой он поддерживал Голара. Раненый гоблин переставлял ноги сам, и это было несравнимо проще, чем тащить его на плечах. Приходилось только поспевать за Тианором и Шакрамом, подстраиваясь под неловкий шаг Голара, но это почти не мешало воину. Он насвистывал на ходу простенький мотивчик, сердце пело от радости. Короткую память гоблина–великана быстро оставляли любые невзгоды. Звериная сущность не напоминала о себе, и воин забыл про свое проклятие. Главное, что он вырвался из плена. Да, Урмуш уничтожен, а все соплеменники убиты и сожжены вместе с телами долговязых. Но это уже в прошлом. Нужно жить дальше. Реки времени обязательно принесут чистые воды. Вскоре Шакрам соберет армию, и она жестоко отомстит долговязым. Сейчас Рашуг просто радовался свежему ветру, свободе и солнцу. Он шел, вдыхая полной грудью и беззаботно напевая. Мир вокруг казался безоблачным и прекрасным.

В какой-то миг чуткий слух встревожил Рашуга – из-за спины доносился топот. Воин резко развернулся. В руках блеснул эльфийский меч, но воинственная гримаса на мордочке гоблина сменилась широкой ухмылкой, а губы издали радостный возглас – группу нагонял лурн Рашуга. Преданный скакун подбежал к хозяину и стал радостно носиться кругами, похрюкивая, словно маленький поросенок.

Теперь ничего не омрачало радости Рашуга. На воле, среди друзей и с любимым животным – что еще нужно для счастья? В глубине души гоблин переживал за лурнов. Он видел, что большинство из них скрылось невредимыми с поля боя. Но воин тревожился, что никогда не увидит своего скакуна. Звать лурнов было равносильно самоубийству – хрюкающее стадо животных привлечет к себе чье угодно внимание.

С новым спутником группа двигалась намного быстрее. Голара усадили верхом и сгрузили на лурна оружие. Только Рашуг отказался расставаться с мечом. Для гоблина-великана оружие не являлось обузой. Холмы стали постепенно увеличиваться в размерах, словно на застывшем море гор наступал шторм. Пышные ковры трав и цветов редели. Впереди виднелись высокие пики, подпирающие небеса. На четвертый день пути отряд приблизился к хребту, вершины которого бесконечной стеной уходили на восток.
– Братья, Хребет Восхода близок, – обратился к спутникам Шакрам. – Скоро мы начнем обходить его с юга. Там, среди лабиринта ущелий начинается тайная дорога к Марзобу. Но сначала нужно убедиться, что долговязые не следуют за нами. Мои чары ослабли, и я не могу доверять им. Рашуг, заберись на возвышенность, – шаман указал на скалистое плато неподалеку, – и оглядись вокруг. Если заметишь долговязых, махни рукой.
– Моя делать, как говорить шаман, – ответил Рашуг и направился к возвышенности.

С северного склона плато казалось менее отвесным, и забраться на него представлялось несложным, но мага тревожило другое:
– Достойнейший, эльфы скрытны и Рашуг может не приметить их.
– Не волнуйся Тианор. Зверь теперь живет в нем. Он безошибочно почует врагов, – ответил Шаман.
– Но если Рашуг заметит преследование, что мы будем делать?
– Тогда нам придется разделиться. Вы укроетесь от глаз долговязых, а я поведу их по ложному пути. После, вы доберетесь до Марзоба сами, – в глазах Шакрама горела решимость.
– Но тогда они настигнут тебя и…
– Долговязые не должны попасть в столицу гоблинов! Гваэнор не будет освобожден! – решительно прервал Шакрам.

Однако Рашуг смешал все карты шаману. Он несся назад со всех ног, вопил что есть сил и размахивал руками. Спутники кинулись к нему навстречу.
– Изгнанные! Изгнанные! – смог разобрать маг.

И тут они увидели их. С южной стороны хребта, куда пролегал дальнейший путь отряда, к ним приближалась странная процессия. Это были гоблины, но гоблины Урмуша отличались от этих, как аристократ отличается от прокаженного бродяги. Одетые в грязные лохмотья, в руках они держали кривые деревянные копья. В глазах изгнанных поселилась пустота, и взгляд – больше всего он походил на остекленевший взгляд мертвеца. Изо рта торчали желтые гнилые клыки. Мордочки посерели от грязи, и их искажала гримаса злости. Из-под лохмотьев были виднелись грязные тонкие ноги, словно заросшие болотной трясиной.

У Тианора наступающая голодная толпа вызвала только отвращение и жалость. Изгнанные все шагали вперед, и их намерения не выглядели мирными. Раздался визг, и свободные от копий тощие руки взметнулись вверх. Маг не успел разглядеть, что сжимали маленькие кулачки, как руки распрямились. В сторону путников полетели небольшие камни. Один из них больно врезался магу аккурат чуть ниже спины. Тианор громко ойкнул и схватился за ушибленное место. Сильнее всего досталось Шакраму – один булыжник оставил ссадину на виске, несколько врезались в грудь, едва не сбив шамана с ног.

Рашуг взревел от ярости – камень попал ему в челюсть и чуть не выбил единственный клык. Разъяренный воин занес меч над головой и помчался к изгнанным.
– Нет! Вернись! – заорал Шакрам. – Это гоблины – твои братья! Вернись!

Но воин не слышал шамана. Волчья ярость застилала зрение и слух. Зверь управлял Рашугом и держал его разум. Смерчем он ворвался в ряды изгнанных. Одичавшие голодные гоблины не могли оказать ему серьезного сопротивления. Тонкий клинок мгновенно окрасился бурым. На земле уже лежало два маленьких грязных тельца, а меч Рашуга все продолжал смертельный танец.

Один изгнанный занес кривое копьецо для удара, целясь Рашугу в живот. Но зачарованная сталь оставила в руках гоблина только короткий обрубок. Следующее движение клинка разделило тощее тельце почти пополам. Несколько гоблинов одновременно кинулись на Рашуга, схватили его за плечи, тонкие руки попытались свалить великана с ног, но воин резко выпрямился. На его плечах, словно бездомные псы на медведе, болтались изгнанные гоблины. Рашуг скинул их на землю, и меч двумя ударами распорол впалые животы.

Ловко брошенный камень больно ударил великана по голове. Тот взревел и кинулся на обидчика. Один из одичавших гоблинов бросился Рашугу под ноги. Великан споткнулся, не удержал равновесие и распластался на земле. Изгнанные бросились на воина, целясь копьями в голову и шею.

Тианор увидел, что дела Рашуга плохи, и собрался ринуться на помощь. Но его самострел и меч остались погруженными на лурне. Только крохотный нож для сбора трав оставался в мантии. Маг схватил несколько камней и двинулся в сторону изгнанных. Прямо на ходу, старик запустил камнями в сторону схватки. Некоторые достигли цели. Один гоблин повалился на землю. Из разбитой головы медленно текла кровь. Другой схватился за живот и со стоном осел.

Верный лурн Рашуга услышал звуки сражения и примчался на помощь. С разбегу скакун разметал наседающих на хозяина гоблинов. Его клыки вонзались в беззащитные тельца, а мускулистые ноги ломали хрупкие кости изгнанных. На спине лурна восседал Голар. Он уже разрядил самострел в ближайшего гоблина, но перезарядить оружие одной рукой не мог. Однако изгнанным хватило и этого, оставшиеся в живых потрепанные гоблины пустились наутек. Лурн бросился преследовать обидчиков хозяина, но Голар остановил его.

Это сообщение отредактировал Sairilias - Apr 23 2018, 05:00 PM
| PM| Email Poster|
Вверх Вниз
0 Пользователей читают эту тему (0 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
0 Пользователей:

Опции темы Страницы: (2) [1] 2  -ОтветитьНовая темаГолосование-